четверг, 12 января 2017 г.

Академик Валентин Сергиенко: На Дальнем Востоке нужно создавать новые исследовательские институты

Общество

Председатель Дальневосточного отделения Российской академии наук – о выборах РАН, «Фукусиме», Приморском океанариуме и проблемах Академгородка


– Валентин Иванович, в октябре прошли выборы членов Российской академии наук – первые после объединения РАН с медицинской и сельскохозяйственной академиями. Как оцениваете их результаты для Дальнего Востока?

– Мы очень довольны результатами состоявшихся выборов и благодарны центральному аппарату РАН за поддержку Дальневосточного отделения. Дело в том, что в соответствии с действующими нормами у нас были только две вакансии, а выборы проходят лишь на освободившиеся места. Заявления о том, что академия «раздула штат», – чушь и провокация, вброшенная жёлтой прессой! Численность членов академии определена постановлением правительства и не пересматривалась более четверти века. То, что академия пополнилась почти 500 новыми членами (176 академиков и 323 член-корреспондента РАН), говорит лишь о том, как много выдающихся деятелей науки России ушло из жизни за последние пять лет.

Что касается штатов академии, то после реформирования РАН в соответствии с федеральным законом № 253 они существенно сократились. Ранее аппарат Дальневосточного отделения насчитывал 130 человек – осталось 36.

Выборы – дело всегда сложное и напряжённое. Требуется многое совместить: поддержать учёных, добившихся мирового признания, внесших значимый вклад в развитие прикладных исследований и инноваций, поддержать развитие перспективных и прорывных направлений, в том числе важных для опережающего развития страны и её отдельных территорий, обеспечить кадровый резерв и т. д.

Руководство РАН, признавая высокий уровень достижений дальневосточных учёных и важность ускоренного развития научно-образовательного комплекса Дальнего Востока, сочло возможным выделить для ДВО РАН 13 дополнительных вакансий. В результате в ДВО появились четверо новых академиков и 12 членов-корреспондентов. Может быть, в каком-то смысле можно говорить об авансе, но, прежде всего, это признание того, что дальневосточные учёные работают на очень хорошем уровне, пользуются авторитетом и признанием не только в стране, но и в мире. Об этом говорят высокие индексы цитирования в мировых базах наукометрических данных и высокие значения пресловутого индекса Хирша.

Впервые в истории ДВО РАН в состав академии были избраны представители высшей школы. Членами-корреспондентами РАН стали «молодые» профессора-медики: Кирилл Стегний (ТГМУ, Владивосток, специальность «хирургия») и Константин Жмеренецкий (ДВГМУ, Хабаровск, «терапия»). Не сомневаюсь, что это будет служить усилению взаимодействия учёных РАН и высшей школы.

– Идёт ли сегодня речь о создании на Дальнем Востоке новых академических институтов?

– Появление академических структур на отдаленных территориях нашей страны всегда связывалось с необходимостью научного сопровождения их ускоренного социально-экономического развития. На Дальний Восток в последние годы пришли «большие» нефть и газ, быстрыми темпами наращиваются производственные комплексы по разведке, добыче и переработке углеводородов. Поэтому мы ставим вопрос о создании в составе ДВО РАН институтов геологии и геофизики нефтегазовых месторождений шельфа дальневосточных и арктических морей, а также института нефти и газа для сопровождения деятельности Восточной нефтехимической компании и других крупных проектов по комплексной и глубокой переработке углеводородов. Несмотря на то, что в регионе эта отрасль только зарождается, фундаментальные исследования в этом направлении и подготовку высококвалифицированных кадров для новых и действующих предприятий необходимо начинать уже сейчас. В противном случае отрасль столкнётся с проблемами на первых шагах своего становления. Из-за экономической обстановки и реформы академии процесс идет сложно. Все осознают, что это надо делать, однако реальных шагов пока нет.

Нам нужен институт международных отношений. Он может быть выделен из Института истории или создан с нуля, это может быть совместная структура ДВФУ и РАН… Мы видим, как активно развивается жизнь в Азиатско-Тихоокеанском регионе, но многих вещей просто не понимаем. Надо осознавать, что происходит в соседних странах и в отношениях между ними. Думаю, факт избрания доктора исторических наук профессора Виктора Ларина (директор Института истории, археологии и этнографии ДВО РАН. – Ред.) членом-корреспондентом РАН по отделению «Международные отношения» усилит позиции ДВО РАН и придаст новый импульс развитию фундаментальных исследований по направлению международных отношений в АТР не только в академических структурах, но и в ведущих университетах региона.

– Вы упомянули о кадровом резерве. Как можно расценивать заметное в последнее время «омоложение» директоров институтов ДВО РАН?

– Это вопрос сложный… К сожалению, надо признать: в директорском корпусе мы потеряли качество. Скажем, Тихоокеанский океанологический институт последовательно возглавляли академики Виктор Ильичёв (его имя сегодня носит институт) и Виктор Акуличев, оба – выдающиеся океанологи с мировой известностью, крупные организаторы науки. Благодаря их усилиям и активности ТОИ, созданный по историческим меркам не так давно, занимает сегодня передовые позиции в мировых рейтингах по комплексным исследованиям Тихого океана и Арктики. Являясь яркими и авторитетными лидерами, они сформировали нынешний научный облик института, задали вектор его развития. Теперь институт возглавил Вячеслав Лобанов. Он опытный специалист в области океанологии, хороший управленец, долгое время исполнял обязанности заместителя директора по научной работе, но, когда кандидат наук руководит институтом, в котором 45 докторов, это ненормально.

Дальневосточный геологический институт тоже с недавнего времени возглавил кандидат наук – Игорь Александров. Думаю, он мог бы побыть ещё года два-три в резерве. Раньше у нас всегда был резерв, слава богу, сейчас эта практика восстанавливается. Принято совместное решение РАН и ФАНО (Федеральное агентство научных организаций. – Ред.) о подготовке кадрового резерва на должности заведующих лабораториями, учёных секретарей, директоров институтов и их заместителей. Тем самым мы возвращаемся к принципам системной кадровой работы советского времени. Можно осуждать парткомы и месткомы, но эта система работала и редко давала сбои. Сегодня же есть примеры, когда в кресло директора попадают люди, никогда не имевшие дела с научной сферой или высшим образованием. Слава богу, эти примеры – не из жизни нашего отделения.

– В рамках ДВО РАН создаются две сверхструктуры. В центр морской биологии вольются Институт биологии моря, Приморский океанариум и Дальневосточный морской заповедник, в центр биоразнообразия наземной биоты Восточной Азии – Биолого-почвенный институт, Уссурийский заповедник и Горнотаёжная станция имени Комарова. Как идёт этот процесс?

– Создание федерального исследовательского центра по морской биологии фактически завершено. Его возглавил академик Андрей Адрианов (директор ИБМ. – Ред.). Что касается создания ФИЦ по биоразнообразию, то этот процесс находится в заключительной стадии. Инициатор этих преобразований академик Юрий Журавлев (директор БПИ. – Ред.), к сожалению, по возрастным ограничениям не может возглавить новую структуру, в преемники он готовит своего заместителя по БПИ.

Говорить об эффективности новых структур пока рано. Надеюсь, что надежды на быстрый рост эффективности научной работы по направлениям «Морская биология» и «Биоразнообразие наземной биоты Восточной Азии» оправдаются и заложенные при создании ФИЦ подходы смогут быть распространены на другие направления фундаментальных исследований в научном комплексе Дальнего Востока. Не скрою, присутствует элемент настороженности. Слишком разнородные (по задачам, характеру работ, материально-технической базе, квалификации сотрудников и т. д.) структуры объединяются в ФИЦ. Время покажет, насколько верным окажется этот путь реформирования академического комплекса.

– И ещё о Приморском океанариуме. Его директор Вадим Серков после гибели зверей был отстранен от должности…

– Океанариум возглавит новый человек – из Мурманска (бывший водолаз и тренер морских животных Александр Михайлюк. – Ред.). Он работал в биологическом институте, занимался белухами, но опыта руководства подобным океанариумом у него нет (равно как ни у кого другого в стране!). Он не связан ни с кем из местных – может быть, это хорошо. Но трудностей меньше не станет. Проблемы океанариума – не в Вадиме Серкове или директоре-организаторе Дмитрии Петруке. Проблема океанариума – это проблема ввода и освоения новых уникальных мощностей. Пока не пройдут один-два года, не притрутся механизмы, не отладятся системы управления всеми технологическими процессами на этом уникальном объекте, всегда что-то будет случаться.

А то, что произошло, – это чистый криминал. На записи видно: человек в балаклаве подходит с молотком к сивучу… А где охрана, где служба безопасности? Кто закупал и принимал системы наблюдения, на которых толком ничего не видно? По дельфинам – это отравление, что подтвердили эксперты из института имени Северцова (Институт проблем экологии и эволюции РАН. – Ред.). Это диверсия чистейшей воды, которую сейчас расследует прокуратура. Считаю, что допущенные промахи в работе всё же не дают оснований перевести все стрелки на Серкова. Это нечестно и несправедливо.

– Валентин Иванович, вы сразу же после аварии на АЭС «Фукусима-1» предлагали японской стороне использовать для переработки жидких радиоактивных отходов сорбенты, разработанные учёными Института химии ДВО РАН. Именно при помощи этих сорбентов предприятие ДальРАО перерабатывает радиоактивные отходы Тихоокеанского флота, но применить их в Японии постоянно что-то мешает… Есть ли новости?

– Все испытания, которые мы проводили в научных центрах Японии, Германии и Франции, дали положительные результаты. Но, к сожалению, всё решают политика и деньги. На аварийных блоках выполнен огромный объём работ, но проблема с жидкими радиоактивными отходами окончательно не решена. На «Фукусиме» сейчас работает только американская фирма Kurion. Однако смонтированные установки ALPS не в состоянии снизить содержание всех радионуклидов до допустимого уровня, поэтому объём хранимых на «Фукусиме» ЖРО возрастает день ото дня. По состоянию на середину 2011 года этот объём составлял около 150 000 тонн, а по прошествии пяти лет – уже около 600 000 тонн! Да, удельная активность растворов снижена существенно, но недостаточно для безопасного сброса очищенных растворов в открытую гидрографическую сеть из-за повышенного содержания радионуклидов стронция-90 и некоторых других. Кроме того, на станции появился значительный объём (ориентировочно 100 000 тонн) вторичных твёрдых радиоактивных отходов – это отработанные сорбенты. Они низкоактивные, но захоранивать их как обычные промышленные отходы нельзя. Использование наших технологий и материалов решило бы проблемы, но на момент принятия решения Институт химии мог предложить только свои знания и ноу-хау и максимум 10 кг сорбента в неделю при суточной потребности в тысячи килограммов. Если бы государство или российский бизнес помогли бы нам создать производство сорбентов, через полгода можно было бы наладить поставки в Японию…

Но, надеюсь, поезд ещё окончательно не ушёл. Мы продолжали наши работы. Сегодня мы способны предложить комплексное решение проблем утилизации не только жидких отходов, но и некоторых других проблемных отходов на «Фукусиме» – таких, например, как отработанные ионнообменные смолы или «загрязненные» грунты и другие низкоактивные сыпучие ТРО. Технологии отработаны в макетном варианте на ряде АЭС России и на Чернобыльской АЭС в рамках проекта МАГАТЭ. Сегодня мы ведём переговоры с Росатомом об организации выпуска мобильных установок по утилизации отработанных ионнообменных смол. Они будут применяться на российских АЭС и на тех станциях, которые Россия будет строить и эксплуатировать за рубежом. Работы могут начаться уже в январе, к осени первая установка может быть готова.

– Когда начнёт работу новый корпус Института проблем морских технологий – Центр подводной робототехники, построенный на Чайке?

– В эксплуатацию он так и не введен, хотя строительно-монтажные работы завершены почти год назад. До настоящего времени институт, для которого велось строительство, не получил от ФАНО ресурсов, необходимых для ввода в эксплуатацию и освоения уникального комплекса (около 5000 квадратных метров рабочих площадей плюс уникальное станочное и испытательное оборудование на сотни миллионов рублей). Кроме того, здание надо охранять, освещать, отапливать… Руководством ФАНО принято решение о консервации корпуса на неопределённый срок. А ведь можно было бы уже сегодня готовиться к мелкосерийному производству уникальных робототехнических систем (и не только!), опробованных в строевых частях Минобороны и в МЧС. Осенью прошли испытания очередного разработанного в ИПМТ устройства – глайдера, который в полной тишине «планирует» в толще океана за счёт изменения своей плавучести, осуществляя необходимый мониторинг параметров окружающих морских глубин. На испытаниях он прекрасно себя показал, но это опытный образец, сделанный в инициативном порядке за счёт внутренних ресурсов института – «на коленке». Освоение его производства на мощностях созданного центра откладывается на неопределённый период. Обидно, что, когда вся страна сверху донизу говорит о необходимости ускорения инновационных процессов, о скорейшем переводе достижений науки в сектор реального производства, мы сплошь и рядом спотыкаемся о барьеры, непонятно кем и зачем выставленные на пути прогресса! Я говорил Михаилу Котюкову (глава ФАНО. – Ред.): найдите на первое время 200 млн в год – это многократно меньше, чем нужно на содержание того же океанариума, а потом институт все возьмет на свои плечи, заработает и всё вернёт. Но нам сказали: денег нет, есть бюджетная дисциплина… ФАНО нашло только 8 млн – на частичное отопление и освещение здания. А ведь это опытное производство – одна из точек роста ДВО РАН. Но все тормозится.

– Под прицел застройщиков попал владивостокский Академгородок. Учёные даже говорят о голодовке…

– Я тоже готов присоединиться к голодовке. Но вопрос не к нам, а к городу, который раздает эти участки. Никто не отменял решение 1971 года о выделении академии 160 гектаров от «Зари» до Седанки, но сегодня работают другие законы. У нас остался кусочек от «Зари» до Академгородка – 15 гектаров. Мы хотим строить там жильё для учёных, но денег на это нет.
В самом Академгородке земля оформлена только под зданиями институтов и рядом с ними. Остальную территорию город делит на квадраты и раздает.

Речь не только о земле, но и о нарушении элементарных санитарных норм. Тихоокеанский институт биоорганической химии работает с патогенными микроорганизмами, с токсичными веществами, у него санитарная зона – 150 метров, ближе ничего строить нельзя! Но город принимает решение о предоставлении компании «Армада» площадки под многоэтажную застройку в границах санитарной зоны ТИБОХ и санитарной зоны морга бассейновой больницы.

То же самое – Институт химии, прямо у забора которого уже начаты строительные работы. Пишем в прокуратуру, в город – никакой реакции. Видимо, здесь задействованы большие деньги. На память невольно приходят слова классиков марксизма о том, на какие преступления готов пойти капиталист из-за 20 %, 50 % или 100 % прибыли. Остаётся разве что действительно начать голодовку…

Отдельно хочу сказать о совершенно непотребном отношении местных властей к Академгородку. Всякий раз, принимая в наших институтах иностранных коллег, испытываешь просто физическую боль и стыд «за державу» из-за состояния городской магистрали от гострассы до котельной ДВО РАН. Спускаясь по колдобинам к институтам, известным в стране и мире, и наблюдая, как молодые и старые научные сотрудники по колдобинам пробираются к своим рабочим местам, думаешь: есть ли совесть у городских чиновников или только холодный расчёт – с чего можно ещё «отжать»? Уверен, что стоимость ремонта 200 метров дороги в десятки, в сотни раз меньше стоимости регулярно осуществляемого ремонта разделительного сооружения на гострассе в этом же районе. Неужели нельзя привести эту территорию в порядок? Остается одно – пригласить президента страны в какой-либо академический институт.

– Институту химии, который вы возглавляете с 2002 года, исполнилось 45 лет. С чем встретили дату?

– Это еще не возраст для научного коллектива, но уже точно можно сказать: институт состоялся, идеи, которые закладывались при его создании, реализованы. На Дальнем Востоке появилась высококвалифицированная, авторитетная научная организация, способная решать сложные химические и химико-технологические, экологические задачи.

Наши работы в области переработки жидких радиоактивных отходов хорошо известны в стране и мире.

Другое направление – защитные покрытия, используемые в судостроении. На заводе «Звезда» в рамках проекта, поддержанного постановлением правительства № 218, уже создан, я считаю, образцовый участок формирования многофункциональных защитных покрытий на изделиях судостроения – полностью компьютеризированный, со строгим контролем всех этапов технологического процесса, гарантирующим качество покрытий и позволяющим исключить влияние «человеческого фактора».

Мы подписали соглашение с НИИ Крылова (ФГУП «Крыловский государственный научный центр». – Ред.) о совместных работах в области защиты кораблей от коррозии и биоповреждений, создания «необрастающих» красок.

Ведём интенсивные работы по проникновению в другие отрасли, например в авиацию. Направления те же – многофункциональные покрытия и материалы для защиты от коррозии и износа, гидрофобные и радиопоглощающие покрытия.

Ещё одно направление связано с переработкой минерального сырья и вовлечением в оборот неиспользуемого ресурса – труднообогатимых руд, отходов горнохимического производства. Есть работы, связанные с извлечением «тонкого золота» из бассейнов-отстойников золотодобывающих предприятий в Амурской области. Содержание золота там очень высокое – 130–140 грамм на тонну, таких месторождений не бывает, но взять его оттуда было нельзя. А мы разработали оригинальный способ выщелачивания, эксперименты дали положительный результат. Работаем над созданием мобильной установки.

У Института химии – хорошие перспективы. Думаю, он выстоит во всех треволнениях происходящих реформ. Показатели у нас хорошие, публикационная активность растёт, в том числе и в зарубежных изданиях самого высокого класса. Самое главное – институт состоялся в кадровом плане. У нас выстроена устойчивая система подготовки кадров от школы и университета до аспирантуры и докторантуры. Все заведующие лабораториями у нас – доктора наук, есть крепкое молодое поколение. Средний возраст научных сотрудников института практически сравнялся с возрастом института и не превышает 47–48 лет. В этом году у меня истекает контракт с ФАНО. Надо думать о преемнике – о следующем руководителе института. Кадровый резерв у нас есть. Его основа – докторский корпус и новые члены-корреспонденты РАН.


Василий АВЧЕНКО
Источник здесь

среда, 11 января 2017 г.

Заповедной системе России исполнилось 100 лет


Выставкой «Заповедное ожерелье Амура», подготовленной при поддержке WWF России, встречают 100-летие заповедной системы России заповедники и национальные парки юга Дальнего Востока.

2017 год объявлен Указом президента РФ Владимира Путина Годом особо охраняемых природных территорий (ООПТ). Ровно 100 лет назад 11 января 1917 года на берегу озера Байкал был основан первый в истории России общегосударственный заповедник – Баргузинский. Заповедник, созданный с целью охраны баргузинского соболя, численность которого в начале ХХ века катастрофически снизилась, продолжает свою работу в настоящее время.

Всего в России на сегодняшний день создано более 12 тысяч особо охраняемых природных территорий разных уровней и категорий. Федеральная система ООПТ формировалась в течение почти 100 лет, у её истоков стояли выдающиеся русские учёные-естествоиспытатели и энтузиасты-экологи. Сейчас в стране 103 государственных природных заповедника, 47 национальных парков, 67 федеральных заказников. Совокупная площадь всех федеральных ООПТ занимает почти 3% территории России, в ООПТ всех категорий – 11%. Особо охраняемые природные территории являются одной из самых эффективных форм природоохранной деятельности.

Целью Года ООПТ станет привлечения внимания общества к вопросам сохранения объектов природного наследия России.


11 января заповедники и национальные парки Амурского экорегиона отметили свой профессиональный праздник – День заповедников и национальных парков России – и открыли Год особо охраняемых природных территорий выставкой фотографий «Заповедное ожерелье Амура». Выставка одновременно стартовала в пяти регионах: Амурской, Еврейской автономной областях, Забайкальском, Хабаровском и Приморском краях. На ней представлены 92 фотографии из 23-х федеральных ООПТ бассейна Амура, дающие представление о животном и растительном мире этих особо охраняемых территорий.

В Амурском экорегионе ООПТ покрывают 11,7% территории: это 7,3 млн га федеральных и 7,6 млн га региональных ООПТ – 17 заповедников, семь национальных парков, восемь федеральных и 78 региональных заказников, шесть природных парков, шесть экологических коридоров, два водно-болотных угодья. Сихотэ-Алинский заповедник имеет статус Всемирного природного наследия ЮНЕСКО. Пять заповедников: Сохондинский, Дальневосточный морской, Даурский, Кедровая Падь и Ханкайский являются биосферными заповедниками ЮНЕСКО. Шесть территорий находятся в списке водно-болотных угодий международного значения (Рамсарские угодья): озеро Ханка, Торейские озёра, Хингано-Архаринская низменность, Зейско-Буреинская равнина, озеро Болонь, озеро Удыль.




24 марта 1978 года  дату рождения Дальневосточного морского заповедника, по праву можно считать точкой отсчёта в организации системы охраны морских акваторий в России. Беспрецедентной особенностью для России вновь созданного заповедника было деление его на функциональные зоны. Заповедник расположен в западной части Японского моря. Он занимает около 10% площади залива Петра Великого – самой южной и тепловодной акватории дальневосточных морей России. В состав заповедника входит 11 островов, суммарная площадь которых составляет 1100 га.

Число видов животных и растений, обитающих в заповеднике, превышает 5 тысяч. Небольшие острова заповедника показывают замечательный пример адаптации растительных сообществ к специфическим морским условиям. Заповедник охраняет 40% видов растений известных для Приморского края. Исключительную научную и природоохранную ценность имеют произрастающие на островах восточный страусник, малина колючая, дубровник, кермек четырехугольный, девичий виноград. Популяции этих пяти видов охраняются в России только в Дальневосточном морском биосферном заповеднике.

Полный список птиц морского заповедника насчитывает 370 видов, из которых 223 вида – гнездящихся, колониальных и пролётных, можно наблюдать непосредственно в заповеднике. 28 видов птиц включены в Красные книги МСОП и России, среди них: тупик-носорог, сокол-сапсан, малая качурка, пестроголовый буревестник. Среди представителей редчайших птиц мировой орнитофауны в заповеднике можно отметить малую колпицу и желтоклювую цаплю.

Воды и дно заповедника населяет более 2130 видов животных и растений – это самая богатая по видовому разнообразию акватория среди морей России. Здесь обитают как субтропические, так и арктические виды животных. В воды заповедника заходят киты малые полосатики, косатки, дельфины. К экзотическим обитателям можно отнести тропических рыб: тунца, меч-рыбу, ядовитую собаку-рыбу (фугу), саргассового морского клоуна, тигровую акулу.


Сеть ООПТ покрывает 30% территорий гнездования дальневосточного аиста, 50% – даурского журавля и 70% – японского журавля. Около 24% ареала амурского тигра охраняются на ООПТ в России и 50% в Китае, 70% ареала дальневосточного леопарда находится на ООПТ в обеих странах.

В рамках Года ООПТ в Амурском экорегионе пройдут мероприятия, направленные на популяризацию федеральной и региональной системы ООПТ и повышение квалификации её сотрудников. Выставка «Заповедное ожерелье Амура» – только первое из них. С 14 марта от истоков до устья реки Амур прокатится марафон «Заповедная волна». Его участники – заповедники и нацпарки – будут передавать друг другу символ марафона – флаг «Заповедной волны», и познакомят общественность со своей деятельностью в самых различных формах: от дней открытых дверей до познавательных экспедиций, слётов и фестивалей. Итогом марафона станет фестиваль туристических продуктов «Заповедный микс», который состоится в Хабаровске в июне 2017 года.


В Год ООПТ природоохранные организации Амурского экорегиона проведут «заповедные уроки», конкурсы, региональные экологические смены, викторины для студентов и школьников. Дальневосточная конференция по заповедному делу, семинар для специалистов отделов экологического просвещения и туризма, конкурс на профессиональное мастерство для инспекторов – это те мероприятия, которые помогут сотрудникам ООПТ обменяться опытом и повысить свои профессиональные навыки в деле охраны природы.




Фотографии Дальневосточного морского заповедника. 
Авторы: Олег ПЯТИН и Денис КОЧЕТКОВ

вторник, 10 января 2017 г.

В новогодние каникулы Приморский океанариум посетили почти четырнадцать тысяч человек

В Научно-образовательном комплексе «Приморский океанариум» ДВО РАН


Особенно плотным людской поток был третьего января, в день открытия Океанариума после праздников.

По словам администраторов и кассиров, в каникулы приехало много организованных школьных групп из районов Приморья и Хабаровского края. Малышей больше всего интересовало кормление ластоногих – байкальских нерп и морских котиков, а также кормление рыб в самых крупных водоёмах – «Океанская бездна» и «Коралловый риф». Те, кто постарше, надолго задерживались у электронных информационных стоек и стендов.

И, конечно, было много жителей Владивостока – погода располагала к прогулкам. Люди проводили немало времени не только в экспозициях, но и на территории комплекса.

Смотрители океанариума обратили внимание на то, что посетители вели себя гораздо корректнее по сравнению с первыми месяцами работы океанариума в октябре. Экспозиции почти не пострадали. 

С третьего по девятое января Приморский океанариум посетили 13 тысяч 700 человек.


Пресс-центр Научно-образовательного комплекса «Приморский океанариум» ДВО РАН

понедельник, 9 января 2017 г.

Великолепный беспорядок

В творческой лаборатории
Ольга Николаевна КОЛЕСНИК
Наша давняя и хорошая знакомая – старший научный сотрудник Тихоокеанского океанологического института кандидат геолого-минералогических наук Ольга Николаевна КОЛЕСНИК. Её основные научные интересы связаны с процессами железомарганцевого рудогенеза в дальневосточных и арктических морях России. Оля – многогранная личность, а потому успешна и в других областях жизни. Например, ярким событием осени ушедшего года стало участие в Первом международном владивостокском марафоне. Бежала 42,2 км, показала четвёртый результат (занятия лёгкой атлетикой не прошли бесследно!)… Но сегодня мы сосредоточимся на другой грани – поэтической.

Напомним, что год назад Оля получила высшую награду (гран-при) в номинации «Поэзия» в литературном краевом конкурсе имени И.В. Царёва, проводившемся во Владивостоке и посвящённом празднованию Года литературы в Российской Федерации. Два года назад она стала победителем литературного краевого конкурса, посвящённого празднованию в Приморском крае Года культуры в Российской Федерации (номинация «Поэзия»), а три года назад вошла в число призёров открытого городского конкурса молодых литераторов им. П.И. Гомзякова «Гул океанского прибоя».

В конце прошлого года Ольга участвовала в XVI Международном Форуме молодых писателей России, стран СНГ и зарубежья. Она и рассказала о том, как всё происходило.

– В феврале 2015 года Фонд социально-экономических и интеллектуальных программ (СЭИП) объявил о начале конкурса, в рамках которого должны были рассматриваться заявки на участие в работе XVI Форума молодых писателей России, стран СНГ и зарубежья.

Участие в конкурсе могли принять авторы не старше 35 лет с опубликованными и неопубликованными литературными произведениями всех жанров, написанными на русском языке либо переведенными на русский язык. Я подходила по этим не слишком строгим «параметрам» и, наверно, поэтому решилась подать заявку. А в результате – была приглашена на Форум и представляла молодую поэзию Приморского края.

– Расскажите о Форуме: кем он организован, что из себя представляет.

– Форум проходил на базе пансионата РАН в Звенигороде с 23 по 29 октября. Мероприятие традиционно организовано Фондом СЭИП при участии и поддержке литературных журналов «Арион», «Вопросы литературы», «Дружба народов», «Звезда», «Знамя», «Костёр», «Москва», «Наш современник», «Нева», «Новый мир», «Октябрь», «Современная драматургия», интернет-журнала «Пролог», Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям, а также Государственной корпорации по атомной энергии «Росатом». Очередной Форум собрал 182 молодых литератора из 77 регионов России и 12 иностранных государств. Работали 16 мастер-классов. Прошли круглые столы «Литература и новое поколение писателей», «Молодые писатели России – новые имена, новые темы», «Роль критики в современной литературе», «Современная отечественная детская литература: особенности, проблемы, имена», «Литература молодых авторов на страницах «толстых» литературных журналов». Гостями Форума стали писатели Ирина Арзамасцева, Дмитрий Бак, Владимир Войнович, Яков Гордин, Павел Крючков, Юрий Поляков, Евгений Сидоров, Сергей Чупринин, Олег Чухонцев, а также Наталья Солженицына, космонавт Юрий Батурин. В рамках Форума показали спектакль по пьесе Людмилы Разумовской «Дорогая Елена Сергеевна» театра «У Никитских ворот» Марка Розовского.

В день заезда участников, вечером, состоялся просмотр фильма «Курбан-роман» и встреча с писателем Ильдаром Абузяровым – автором сценария и одноименного романа.

Форум открылся приветствиями в адрес участников от Советника Президента Российской Федерации В.И. Толстого, Руководителя Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям М.В. Сеславинского, Председателя комитета по культуре Государственной Думы Российской Федерации С.С. Говорухина. Со вступительным словом выступил президент Фонда СЭИП С.А. Филатов.

Творческая встреча с поэтом Олегом Григорьевичем Чухонцевым (у микрофона), лауреатом Российской национальной премии «Поэт». Вступительное слово Сергея Александровича Филатова, президента Фонда социально-экономических и интеллектуальных программ, главного организатора Форума.
В целом мероприятие приятно поразило насыщенностью программы, количеством и разнообразием мастер-классов, творческих встреч, конкурсов.

– Видимо, за годы проведения форумов многие начинающие авторы – их участники – стали известными писателями?

– Да, за 15 предыдущих лет в форумах поучаствовали более полутора тысяч авторов. Многие форумцы достигли основательных творческих успехов, были отмечены престижными наградами. Так, стали известными имена поэтов Марии Марковой (лауреат премии Президента РФ для молодых деятелей культуры 2011 года), Игоря Белова, Елены Лапшиной, Анны Матасовой, Александра Переверзина, Натальи Поляковой, прозаиков Дениса Гуцко (премия «Русский Букер»), Алексея Иванова (премия Д. Мамина-Сибиряка, П. Бажова, «Ясная Поляна», «Книга года» – 2016), Захара Прилепина (премия «Большая книга», «Ясная Поляна» и др.), Ильи Кочергина (премия «Эврика!», премия Правительства Москвы), Дмитрия Новикова (Новая Пушкинская премия, Государственная премия Республики Карелия), Романа Сенчина (премия «Большая книга», «Ясная Поляна», «Литературной газеты» и др.). Новые имена пришли в драматургию: Василий Сигарев (лауреат многих премий в России и за рубежом), Ксения Степанычева, Виктор Тетерин и Федор Греков (лауреаты премии «Действующие лица»), братья Вячеслав и Михаил Дурненковы, Владимир Зуев и Светлана Козлова (лауреаты премии Международного конкурса современной драматургии «Евразия»). Отмечены молодые литераторы-переводчики, например, Екатерина Полякова, Анна Веденичева, Андрей Литвинов, поэты и переводчики Максим Калинин, Сергей Михайлов, Сергей Шабуцкий, Анастасия Строкина. Среди молодых детских писателей в первую очередь выделяются Елена Усачева, Станислав Востоков, Наталья Волкова, Наталья Дубина, Анна Игнатова, Анастасия Орлова, Елена Фельдман. В литературный процесс вошли и новые критики: Сергей Беляков, Алиса Ганиева, Лидия Довлеткиреева, Елена Погорелая, Валерия Пустовая, Андрей Рудалев, Екатерина Иванова, Елена Луценко. Среди участников форумов много тех, кто пополнил ряды сотрудников редакций литературных журналов, возглавил редакционные отделы, литературные студии, пришёл преподавать в учебные заведения.

Традицией стало публиковать произведения участников форумов в литературных журналах России и зарубежья. Ежегодно по итогам работы очередного форума выходят коллективные сборники «Новые писатели»; издается серия «Молодая литература». В последнем сборнике «Новые писатели» представлены лучшие произведения участников XV Форума молодых писателей России и зарубежья и IХ Совещания молодых писателей Республик Северного Кавказа. Вышли в свет новые книги Елены Тулушевой «Чудес хочется», Тенгиза Маржохова «Каверна», а также второй сборник детских писателей «Детская литература: новые имена».

– Оля, вы принимали участие в одном из мастер-классов?

– Да. Я выбрала мастер-класс (семинар) на базе журнала «Знамя» (поэзия). Руководители: Ольга Юрьевна Ермолаева, Дмитрий Юрьевич Веденяпин.

Руководители мастер-класса поэзии, журнал «Знамя». Ольга Юрьевна Ермолаева – поэт, заведующий отделом поэзии журнала «Знамя». Дмитрий Юрьевич Веденяпин – поэт, эссеист, переводчик поэзии и прозы.
Все семинары проходили в форме открытого обсуждения. С каждым приглашенным автором и каждой рукописью, прошедшей по конкурсу, велась индивидуальная работа. В обсуждении текстов принимали участие все, записавшиеся на семинар. Наш семинар был одним из самых многочисленных и насчитывал 14 человек, которые представляли 11 российских регионов, Казахстан и Украину.

По итогам работы руководители мастер-классов рекомендовали наиболее отличившихся участников на соискание стипендии Министерства культуры РФ в 2017 году, а также для публикации в сборниках «Новые писатели» и «Драматургия», издания автора отдельной книгой в серии «Молодая литература» и объявления благодарности за активную работу в мастер-классе.

Мастер-класс поэзии, журнал «Знамя». Обсуждение работ участников. Слева направо: Татьяна Кудрякова (Саша Ковальчик), Свердловская область; Анастасия Кондрина, Кемеровская область; Ольга Колесник, Приморский край; Илья Иванов (Илья Раскольников), Карелия; Иван Волосюк, Украина; Ксения Рогожникова, Казахстан.
– Оля, ну и в завершение – ставшая уже традиционной публикация двух-трёх ваших стихотворений для наших читателей.
– Пожалуй, выберу осенние, созвучные позднеоктябрьским интонациям Форума. Последнее стихотворение – из конкурсной подборки.

Листопад

Великолепный беспорядок
содеял ветер,
посмотри,
как зашуршало изнутри
сухого парка –

для подарка
в букет зажала листопад
неискушённая ручонка.
Берет и радостная чёлка –
почти что я сто лет назад.

В норке

Предзимний город не больно-то ласков:
сощурив злобно
фонарные глазки,
спустил на редких прохожих морские ветра –
и треплет незримая свора пальто и аляски.

А я – плевала на эти разборки:
кастрюльной попой
сидит на конфорке
ямайский кофе, духовка творит чудеса.
Как славно бывает свернуться калачиком в норке!

Конфетка

Запрокину лицо – больно:
тычут ильмы в глаза
острыми
ветками.
А под ногами – прикольно:
ворох листьев,
скрученных
конфетками.

Наклонюсь за красной
(говорят, «Наслаждение»),
разверну её с хрустом.
А там начинка –
хоть и сладкая, но осенняя,
на сиропе приторно грустном.

Фотографии Регины ПОЛИВАН, Амурская область


вторник, 3 января 2017 г.

Виктор КВАШИН "Что под нами вверх ногами?"

Рассказ


Убил Антоха необычного зверя. Хотел зюбря завалить на заповедной территории, притаился у толстого дуплистого дерева. И вдруг, в самый момент из дупла медведь попёр! Откуда Антохе было знать, что там косолапый? Он и пальнул с двух стволов, в упор. Естественно, сразу наповал. Ну и ладно, не олень, так медведь, может ещё и лучше. Шкура летом, конечно, ни к чему, зато мяса побольше даже будет. Ничего мишка, среднего, так, размера, башка правда, великовата, а лапы передние коротки. Ой, коготки малюсенькие, как у медвежонка. Чёрт с ними, свежевать надо, пока инспектора не нагрянули.

Вытянул Антоха тушу из дупла и опешил: медведь без зада! Фу! Мерзость какая! Задка у зверя нет, а так, культя какая-то с малюсенькими лапками, как у зародыша и без шерсти. А грудь и башка – во! – как у взрослого. Поморщился Антоха, попинал сапогом добычу, подхватил ружьё и ходу с места преступления. Отошёл несколько, вернулся, вытащил телефон, сфотографировал монстра, представляя, как рассказывать корешам будет, а они, конечно не поверят. А вот вам, смотрите! Только телефон разряжен оказался, на пару кадров всего аккумулятора хватило.

Дома Антоха первым делом разбудил Нюрку, почти гражданскую жену, приходящую надолго, когда в доме у него достаток, послал её за корешами с наказом, чтобы взяли водки и закуси, а он им за это тако-ое расскажет!

Кореша повелись. Прибыли оперативно, водку и закуски принесли, немного, правда, но для «старта» достаточно. Антоха за то и любил Нюрку, что у неё талант был врать настолько искренне, что все окружающие верили, даже те, кто не доверял.

Но тут и врать было необязательно, Антоха после первой сразу предъявил доказательства. Фотографические. После прений и ещё двух стопок пришли к выводу, что факт налицо. Возникла идея поделиться с миром ‒ выложить фотки в сети. Не проблема! Отзывы посыпались сразу, правда, большая часть была типа «Сам дурак!», но к тому времени, как сбегали за добавкой, рейтинг поднялся до двух тысяч лайков. Отметили тостом.


Зоолог Захребтовского заповедника Иван Грознов писал отчёт о результатах подсчёта гнездовий водоплавающих, когда навязчиво замигало оповещение о новостях в соцсети. Отвлекаться не хотелось, но так уж устроены эти соцсети, что своего добьются. Пришлось перейти по назойливой ссылке. А там: «Таёжный монстр!»

Антоха хоть и скрывался под псевдонимом, но не нужно было работать в ФСБ, чтобы вычислить владельца интернет-страницы по его фотографиям с незаконной добычей. Иван пользовался Антохиной страницей для сбора сведений о браконьерах и их покушениях на территорию заповедника, поскольку все они с Антохой общались по общим интересам. Впрочем, соблюдая конспирацию, Иван никак себя не проявлял.

Но фотография необычного зверя Ивана заинтриговала. Вероятность, что Антоха обучился приёмам фотошопа, Грознов исключал. Зная нетерпеливость и непосредственность неплохого в сущности парня Антохи, Иван решил, что фотографии подлинные и недавние. Он купил бутылку и пошёл к Антохе на другой конец села.

Антоха бодрствовал за столом в гордом одиночестве. Кореша и вместе с ними верная в данный период времени Нюрка находились, как определил сам Антоха, «на временной реабилитации» тут же за столом и на проваленном диване.

‒ Показывай монстра, ‒ потребовал Иван.

‒ Не, это не мои фотки, ‒ попытался «съехать» Антоха, ‒ мне по сети прислали, я только название придумал и выложил от себя.

Надо заметить, что Грознова побаивались, хоть и служил он всего-то зоологом, а не инспектором охотнадзора. Внешность у него была такая, требующая опаски и уважения. При встрече в заповеднике территорию покидали спешно, без прений. Но в данной ситуации Иван подошёл к вопросу деликатно, он достал бутылку, чем сразу и надолго расположил к себе опрашиваемого. Тем более пояснил, что у него чисто научный, зоологический интерес к необыкновенному зверю.

Объяснения пьяного Антохи ясности не добавили. Фотографий было всего две, обе невысокого качества.

‒ Пошли, покажешь! – сказал Грознов.

Но приказной тон делу не помог. Антоха сказал: «Пошли» и упал ничком на стол.


В тайгу выбрались лишь на третий день. Антоха, подбадриваемый периодическим глотком спиртного, строго дозируемым Грозновым, уговорами и тычками в спину, привёл-таки зоолога к дереву с дуплом. Дерево, конечно же, оказалось старой корявой липой. Дупло было обширным, но не сильно глубоким, дно прощупывалось вытянутой рукой. Похоже на берлогу медведя-белогрудки. Убитого зверя успели растащить все, кому не лень было из местного зверья и пернатых. Валялись клочья шкуры, часть позвоночника, обгрызенная лапа с сухожилиями. Почти неповреждённую голову и кости, похожие на тазовые, но непропорционально маленькие, Иван нашёл в стороне. Всё это он уложил в мешок и, подталкивая вновь начавшего отключаться Антоху, двинулся в село.

В своём сарае Иван раскладывал останки неведомого зверя и так и эдак, сравнивал с фотографиями и ничего не мог понять. Получалось нечто несуразное.


Наутро Грознов повёз начавшие припахивать останки в родной институт на кафедру зоологии. Старенький профессор в присутствии зажимающих носы ассистенток лично разложил косточки в анатомическом порядке, долго вертел тазовые кости и, наконец, изрёк:

‒ Ну, что я вам могу сказать, уважаемый и любимый мой ученик? Да, это бурый медведь, имеющий множественные врождённые патологии. Тазовые кости и задние конечности были явно и сильно недоразвиты.

‒ Но как он жил с такими несовместимыми для жизни недостатками, да ещё в дикой природе? – задал вопрос зоолог Грознов. Но внятного ответа, кроме разведённых в стороны рук и поднятых плеч не получил. Вместо этого был приглашён на чай с печеньем и дружеской беседой.


Между тем новость распространилась среди местных жителей довольно широко. Однажды жена сказала Ивану, что люди говорят, будто шаман может распознать необычного зверя. Как любая уважающая себя немногочисленная коренная народность, тайганы имели своих шаманов. После долгих колебаний и внутренних протестов убеждённый материалист Грознов местного шамана посетил.

Шаман жил как обычный человек в том же селе, занимая с семьёй половину стандартного двухквартирного дома, был вполне грамотным, современным человеком, пользующимся телевизором и смартфоном. Посмотрев внимательно фотографии и выслушав рассказ о звере, шаман высказал предположение, что это дух подземного мира выбирался в наш мир через дупло старого дерева и в момент воплощения в медведя глупый охотник со страху убил его наповал. Материализация не завершилась, поэтому зверь кажется уродом. Безусловно, с такими недостатками ни одно животное и в зоопарке не выживет.

‒ Интересная версия, ‒ усмехнулся зоолог, ‒ Но есть противоречие: я ощупал и осмотрел дупло, там нет никаких отверстий, кроме выходного. Нет прохода из «подземного мира».
В ответ усмехнулся шаман:

‒ Духу не нужна дверь, чтобы войти или выйти, для него нет стен и загородок. Ходит, где ему надо. Дупло, скорее всего, нужно было для самого процесса воплощения, пока дух обретает тело из мяса и костей, чтобы никто не мешал в этот ответственный момент, когда и дух уже не дух и зверь ещё не зверь. Так совпало, что охотник в этот момент оказался рядом, да ещё и глупый.

‒ Так что, по-твоему, дух этот тоже погиб?

‒ Нет, духу ничего не сделается, снова придёт, в другом обличье.

‒ Тогда, значит, медведю не повезло, что его избрали для воплощения?

‒ И о медведе не стоит беспокоиться. Он в Нижний мир ушёл. Ему новую одежду сошьют и снова в тайгу гулять пустят.

‒ Так что, никого жалеть не нужно, кто умирает?

‒ Немножко жалеть нужно. Умирающий с родными, с друзьями, с привычной жизнью расстаётся. Но он же не навсегда умирает. В Нижнем мире снова жить будет.

Для человека, родившегося в городе и обучавшегося в современном университете, ответы шамана были не то чтобы непонятными, а неприемлемыми для его материалистического ума и несколько шокировали. Иван покинул шамана растерянным и несколько дней возвращался к этому разговору, в уме оспаривая слова туземца. Наконец, он вновь пришёл к шаману.

‒ А я знал, что ты придёшь. Ещё в первый раз по глазам видел, что не совсем мне не веришь, что думаешь над тем, что я тебе сказал. Ну, спрашивай.

‒ Наверно, чтобы понять частности, мне нужно узнать общее. Расскажи о вашем тайганском видении мироустройства.

‒ Если коротко, то всё просто. Есть три мира: Верхний, где живут верхние, самые большие боги, которые занимаются отношениями Миров и о людях думают лишь в общем; Средний мир, где живём мы; и Нижний, где живут все умершие в Среднем мире люди, звери, предметы. Когда ломается вещь, она переселяется в Нижний мир и становится там целой. Покойнику специально кладут поломанные вещи, чтобы в Нижнем мире он мог ими пользоваться. В Нижнем мире всё такое же, как в нашем Среднем мире, но наоборот, например, у нас сейчас день, а там ночь. И вот некто в образе медведя выходит в наш мир для каких-то нужд. Наши люди, которые умеют, тоже иногда ходят в Нижний мир при необходимости. Если в это верить, то ничего необычного нет. Ты же веришь, что человек рождается в этот мир. Почему ему из этого мира не рождаться в другой?

Рассказ был настолько убедительным, что зацепил материалиста-зоолога. Он несколько раз посещал шамана, они подолгу беседовали, и, как люди любопытные, стали взаимно расположенными.


Вместе с тем, чтобы проверить идею канала перехода между мирами, Грознов установил напротив дупла фотоловушку. И однажды фотоловушка сделала несколько снимков существа, вылезающего из дупла. Против ожидания, это был… человек!


‒ Ну, что ж, логично, ‒ сказал шаман, ‒ этот дух сообразил, что даже самый тупой охотник не станет сразу стрелять в человека, даже неожиданно вылезающего из дупла посреди леса. И видишь, я оказался прав, в этом дупле канал перехода между мирами. Надо себе это иметь в виду на всякий случай.

‒ Слушай, давай перехватим этого духа на обратном пути! – загорелся идеей Иван. ‒ Это же единственный реальный случай с настоящим духом познакомиться.

‒ Ну да, насмотрелся мультиков! Да ты знаешь, какой силой обладает дух из иного мира? Мы и представить не можем, что он с нами сделает.

Но Иван уже уловил в интонациях шамана толику сомнения и продолжил настаивать. Наконец, решили не откладывая, идти к дуплу.

Шаман взял с собой так много «реквизита», что даже могучему Грознову было тяжело идти с таким грузом по тайге без тропы. Шаман долго колдовал вокруг дупла и места их расположения за вывороченным корневищем поваленного дерева, объясняя свои действия «установкой защиты». Иван просто сидел и глазел на все эти не имеющие логичного объяснения движения. Потом они сидели вдвоём. Потом установили очерёдность дежурства. Шаман настаивал на условии ни в коем случае не покидать «защитный» круг.

И вот, совершенно обычным образом из-за пихты вышел человек и не спеша пошёл к дуплистой липе. Иван сперва даже подумал, что это обычный браконьер, если бы не внешний вид, запечатлённый на фотографии с фотоловушки. Среднего роста мужичок, одетый обыкновенно, в потёртый армейский камуфляж, за спиной солдатский вещмешок, как у любого сборщика дикоросов или охотника. Но Иван чутьём почуял – это тот самый! Толкнул спящего шамана. Тот приподнялся, и этого шевеления за баррикадой корней оказалось достаточно, чтобы пришелец сделал некое движение и с деревьев посыпались сучья, а воздух задрожал и сдавился, как в насосе. У Ивана заложило уши и остановилось дыхание. Пришелец одним прыжком оказался перед дуплом, но влезть в него не смог, остановился, будто перед стеной и стал ощупывать невидимую преграду.

‒ Мы не враги тебе! – проговорил через силу шаман. – Убери свою силу.

‒ Сначала убери ты! – воскликнул пришелец и увеличил давление воздуха. Иван понял, что сейчас потеряет сознание.

‒ Давай одновременно, и разойдёмся. На честность, ‒ выговорил из последних сил шаман.

‒ На честность? Почему я должен тебе верить?

‒ Потому что я сейчас умру, а мои запоры на входе в твой мир останутся надолго. Что будешь делать? Мы не хотим тебе плохого. Давай, на три?

‒ Давай.

На «Три» давление спало до нормального. Иван с облегчением вздохнул и устало опустился на ствол. Шаман сел рядом. Пришелец тем временем оказался в дупле и, когда друзья уже мысленно с ним попрощались, вдруг осторожно выглянул.

‒ А что вы от меня хотели?

‒ Поговорить, ‒ устало ответил шаман.

‒ О чём?

‒ О жизни, ‒ ответил Иван.

Из дупла некоторое время не было слышно ни звука. Потом:

‒ Ну, тогда костёр разожгите, что ли. У огня мысли чище. Сейчас приду.

Для таёжных людей разжечь костёр в сухую погоду – дело минутное. У Ивана в рюкзаке вечный спутник ‒ котелок с пачкой заварки.

Пришелец подсел как-то незаметно, бесшумно, напротив, через огонь от землян. Принял кружку чая, кажется, с вполне человечьей благодарностью:

‒ Хорош чаёк! Чего спросить-то хотели?

‒ Расскажи, как там, в Нижнем мире живут.


Человек, или дух в человеческом теле помаленьку разговорился. Видя интерес слушателей, увлёкся своим повествованием и рассказал, что Нижний мир сейчас процветает как никогда. И это заслуга последнего величайшего среди Богов правителя, который пришёл к власти несколько тысячелетий назад и с каждым годом добивается всё больших успехов в строительстве Нижнего мира для блага всех в нём проживающих. Этот гениальный правитель приказал внушать каждой человеческой душе, уходящей для временной жизни в Средний мир (есть такая повинность в Нижнем мире, вроде обязательной военной службы, а то бы вообще никто сюда не согласился переселяться), что в Среднем мире всё создано специально для людей и чем больше они потребляют, тем лучше. Поэтому земляне с детства устремляются к получению максимальных материальных благ. Тем самым они неоправданно увеличивают уничтожение всего живого, а также воздуха и рек, гор и морей, они развязывают войны, разрушая города, дороги и уничтожая массу полезных вещей. Всё это переселяется в мир Нижний и воплощается в целом виде. От этого население Нижнего мира благоденствует. Красивейшие города утопают в окружающих лесах, хрустальные водопады ниспадают с постоянно растущих горных хребтов. Зверей, птиц, рыб и прочих животных и растений – несчётное количество. Домашним скотом заполнены загоны и нет ему переводу, поскольку в Среднем мире домашний скот забивают сверх всяких человеческих потребностей. Конечно, в Нижнем мире наличествует вся самая современная техника, без числа выбрасываемая на свалки Среднего мира в совершенно рабочем состоянии.

‒ Вот так мы там живём, в моём родном Нижнем мире! – закончил рассказ пришелец.

‒ Зачем же ты приходишь сюда, если там так замечательно? – спросил Грознов, несколько уязвлённый похвальбой пришельца из загробного мира.

‒ Тут, в вашей Сибири и на Дальнем Востоке кроются для нас значительные проблемы. В нашем мире под этим местом пустыня, ну почти пустыня. Поскольку это одно из немногих мест на Земле, где люди плохо усвоили задачу перенесения всего живого в Нижний мир. Вот мы и выправляем дефекты душ, вселяя в них потребительскую жадность. Скоро, совсем скоро всё переселится в Нижний мир, и тогда именно в Нижнем мире наступит настоящий, полный и окончательный вечный Рай. Так говорит наш правитель. Рай будет именно в Нижнем, а не в Верхнем, как необоснованно утверждают правители Верхнего мира, ничего для этого не совершая. Мы же трудимся всем великим коллективом человеческих душ, как воплощённых, так и невоплощённых, для создания подлинного Рая на Земле под руководством Великого Бога Нижнего мира!

‒ Так вы хотите, чтобы всё, что есть на поверхности планеты, переселилось в Нижний мир? И для этого нужно всё это убить?

‒ Ну конечно! Рад, что вы меня поняли! Присоединяйтесь, вместе мы значительно ускорим процесс. Вам ведь всё равно скоро переселяться к нам, вернее на нашу общую родину. Так послужим же вместе великому делу процветания Нижнего мира!



Разговор с пришельцем из загробья угнетающе подействовал на никогда ранее не унывающего здоровяка Грознова. Он бросил дела, ушёл в депрессию, стал пить. Он пытался убеждать окружающих в пользе уменьшения потребления, но все обычно отвечали: «Денег мало не бывает». Антоха и тот стал открыто браконьерить, оправдывая свои действия тем, что «все там будем».

Однажды Грознов повёз в город отчёты, но и там тоже умудрился напиться. Сам не понимая как, оказался в незнакомой квартире, в компании мужчин и женщин весьма весёлых и радушных. И снова принялся рассказывать свою историю о переселении душ и о Нижнем мире. Дамочка, сидевшая рядом и имевшая на него определённые виды, вдруг заявила:

‒ Неправильно!

‒ Что тебе неправильно?

‒ Не будет работать такая схема! Сдохнет твой Нижний Рай.

‒ Маруся, объяснись, а то я тебя перестану уважать.

‒ Да и не уважай, лишь бы любил! Ха-ха-ха! Сам подумай: откуда они будут брать еду, дома, машины, откуда у них будет расти лес, если в нашем мире всё это закончится? Кризис у них наступит и придётся засылать сюда воплощённых с заданием сажать деревья и беречь водоёмы.

‒ Откуда ты такая умница?

‒ Не грузись, я обычный экономист среднего звена. Не зоолог, конечно, но кое-что в процессах потребительского рынка соображаю. Наливай-ка лучше.

Заявление пьяной собутыльницы перевернуло сознание Грознова. Он разом бросил пить и взялся за ум. Теперь вопрос стоял не о происхождении дефективного медведя или об уменьшении жадности отдельных индивидуумов, а о сохранении Мира как такового! Иван вернулся домой, но долго не задержался, собрал рюкзак и двинул в заповедник к дуплистой липе. Ждать пришлось долго. Сентябрьские ночи холодные, приходилось ночевать у костра, категорически запрещённого правилами заповедного дела. Но других вариантов не было. Наконец, его, спящего, растолкал пришелец из Нижнего мира. Сам изъявил желание пообщаться.

‒ Если ждёшь, значит, хочешь сообщить нечто важное. Подозреваю, что как человек умный, ты нашёл способ ускорить процесс переселения тайги в Нижний мир?

Грознов попытался объяснить тупиковость процесса тотального переноса Среднего мира в Нижний. Пришелец не мог взять в толк, но видя крайнюю встревоженность уважаемого им землянина, пообещал сообщить «по инстанции».

Через несколько дней среди ночи Ивана в его собственной постели разбудил пришелец и попросил выйти во двор. Они пошли за околицу по пустынной улице, освещённой лишь звёздами. За крайними домами у моста через речку Грязнуху была поляна, загаженная бытовым мусором и бутылками. Тут пришелец указал на обрубок бревна, стоящий посреди поляны.

‒ Говори ему, он у нас министр переселения между мирами.

Зоолог несколько смутился внешним видом министра и не сразу смог заставить себя говорить с бревном, пока тот сам не обозначил себя фразой:

‒ Я слушаю, слушаю.

Иван набрался смелости и объяснил то, что ранее разъяснила ему бухгалтер-экономист Маруся. Он высказал мнение, что в итоге не только наступят времена, когда жителям Нижнего мира станет нечего есть, поскольку закончатся все ресурсы Среднего мира, но и нарушится само Мировое равновесие, наступит великий кризис всех трёх миров! И тогда неизвестно вообще, что будет…

‒ В ваших рассуждениях просматривается рациональное зерно. Мы будем думать. О результатах анализа предложенных посылов вам сообщим, ‒ сказал пенёк и исчез.


А Иван проснулся утром в своей постели. Жена уже вовсю хозяйничала у раскалённой печи, на блюде росла стопка ароматных блинов. «Как хорошо, что всё это лишь сон», ‒ подумал Грознов, и пошёл умываться.

‒ Ну, что они тебе сказали? – спросила жена, подавая блины со сметаной и кружку крепкого чая.

‒ Кто?..

‒ Ну, тебя же к мосту вызывали?

‒ Сказали, думать будут, ‒ ответил озадаченный Иван, автоматически прожёвывая блин.


Прошла неделя. Зоолог Грознов производил в восточной части заповедника плановый сбор экскрементов барсуков с целью последующего анализа их осеннего питания. У очередного барсучьего туалета перед ним явился пришелец из Нижнего мира, пригласил присесть на поваленное дерево.

‒ В общем, передать велели, что твои аналитические выкладки учтут при планировании переселения между мирами на следующую пятилетку. Говорят, теперь будут внушать потребление лишь каждой третьей воплощаемой в Среднем мире душе, тем самым растягивая процесс приближения кризиса в Нижнем мире. Короче, на твой век тайги хватит, можешь спокойно подсчитывать барсучьи какашки, ‒ с этими словами пришелец хлопнул зоолога по плечу и шагнул в яму под корневищем.


Больше Грознов никогда пришельца не встречал. Но стал примечать в знакомых охотниках и рыбаках уменьшение стремления всё добыть. Поймают немного – и ладно, и тому рады. Пропал у людей азарт всю тайгу в дом снести. Наверно, всё-таки, в подземном министерстве внесли коррективы.

И слава Богам!

Виктор КВАШИН
15 июля 2016 год
Другие рассказы Виктора Георгиевича можно прочесть здесь