понедельник, 3 апреля 2017 г.

Какая демографическая политика оживит экономику Дальнего Востока

Юрий Алексеевич АВДЕЕВ
На планете нет другого такого региона, как российский Дальний Восток. – Более 6 млн. кв. км суши и примерно столько же акватории в национальной экономической зоне. И это пространство осваивает население, по численности сопоставимое с некрупным (по китайским меркам) городом-миллионером: только суши на каждого нашего жителя приходится по квадратному километру. У ближайших соседей плотность населения в сотни раз больше, поэтому наша территория плюс потенциальные природные ресурсы нередко становятся предметом обсуждения справедливости распределения таких богатств. Несоразмерная с масштабами территории численность населения стала национальной проблемой, которая усугубляется уже четверть века. О возможных путях её решения мы беседуем с Юрием АВДЕЕВЫМ, ведущим научным сотрудником Тихоокеанского института географии ДВО РАН, директором Азиатско-Тихоокеанского института миграционных процессов, кандидатом экономических наук.

– Юрий Алексеевич, у нас есть целое Министерство Дальнего Востока. Они предпринимают какие-то шаги?

– Какие-то предпринимают. Министерство инициировало проведение в 2015 году конференции, где были представлены теоретические и практические соображения по сдерживанию убыли населения. Больше года продолжалась работа над Концепцией демографической политики Дальнего Востока до 2030 года (далее – Концепция), в октябре 2016 года вопросы демографической политики стали предметом обсуждения очередной конференции.

Задача на перспективу до 2030 года в документе сформулирована, на первый взгляд, амбициозная: за пятнадцать лет достичь численности в 8 млн. человек, то есть вернуть утраченные позиции начала 90-х годов прошлого столетия.

– Документов, направленных на сдерживание оттока населения, принято немало, а демографический потенциал региона за эти годы сократился почти на 20 процентов. Почему?

– Не заметить этого противоречия невозможно. Если до сих пор демографическая политика России на Дальнем Востоке была «направлена на стабилизацию», но за прошедшую четверть века эта стабилизация так и не наступила, значит нужен честный ответ на вопрос, почему принимаемые меры не смогли изменить тенденцию сокращения населения…

– …и предложить меры, которые изменят ситуацию?

– Да. В Концепции необходима точная формулировка цели демографической политики для Дальнего Востока. Большой численностью и сверхвысокой плотностью населения ближайших соседей (стран Северо-Восточной Азии) продиктовано стремление достичь 8 млн. человек в регионе, но это количество принципиально не меняет наше демографическое положение в макрорегионе. Другое дело, если целью демографической политики России на Дальнем Востоке станет качество – опережающий прирост населения по отношению к притоку инвестиций и вновь создаваемым местам приложения труда за счёт положительной динамики демографических показателей и миграционного сальдо. Необходим абсолютный рост качества человеческого капитала. А это и здоровье населения, и уровень образования, и профессиональные навыки, и общая культура, и соответственно выполняемая работа, материальное благополучие, жильё, экология.

Эта цель вроде бы должна быть на знамени созданного Агентства по развитию человеческого капитала, которое пока ограничивает свои функции кадровым агентством по заполнению вакантных рабочих мест в ТОРах.

– Возникает вопрос о приоритетах: на чём должны быть сконцентрированы ресурсы, позволяющие на отрезке в три пятилетних шага достичь максимально возможного результата?

– Пока преобладающей позицией является ориентир на стимулирование процессов естественного воспроизводства. Предположим, за ближайшие пять лет окажется возможным значительно повысить рождаемость, снизить смертность, добиться роста продолжительности жизни. Финансовых ресурсов на достижение этих результатов потребуется немало, но к 2030 году прирост дополнительных рабочих рук окажется несущественным, тогда как нагрузка на занятую часть населения возрастёт значительно. При этом вряд ли удастся решить задачу улучшения качества жизни населения в регионе, нарастить социально-инфраструктурный потенциал, создать привлекательные условия для мигрантов, не говоря уже о реализации инвестиционных намерений. Для этого не будет достаточного количества рабочих рук, а значит и удержать население здесь не получится.

– Как же быть?

– Логика диктует распределение приоритетов в ином порядке. На первом шаге необходимо сосредоточить усилия на миграции и снижении смертности. Стимулировать интенсивный миграционный прирост (за счёт особого миграционного режима на локальных территориях, например, в пределах Владивостокской агломерации, свободного порта, затем для юга Дальнего Востока), нацеливая миграционный поток главным образом на создание социально-инфраструктурного потенциала. И в это же время усилия необходимо сосредоточить на снижении показателей смертности населения. Именно эти две меры способны заметно повлиять на динамику численности уже в ближайшие годы. На следующем шаге усилия должны быть сосредоточены на стимулировании рождаемости, что скажется на продолжительности жизни, здоровье и образе жизни. Разумеется, это не значит, что выдвигая на первое место тот или иной фактор развития, остальные не финансируются, или не являются предметом регулирования. Это не может быть абстрактной, умозрительной конструкцией: приоритет должен быть обоснован путём тщательного анализа, моделирования и расчёта, с учётом региональной специфики.

Бесспорно, основным принципом региональной демографической политики является «единство демографической политики на федеральном, региональном и местном уровне», понимая под этим объединение и согласованность действий по вертикали для решения стоящих перед регионом задач. Но пока преобладает очевидная рассогласованность действий: президент говорит о Дальнем Востоке как приоритете на весь 21 век, в принятых за последнее время законах преференции ограничены сроком в 70 лет, людям предлагают бесплатный гектар земли на 5 лет, и в то же самое время транспортные тарифы фактически отрезают регион от центральных районов страны.

– А где взять мигрантов?

– Источников роста численности населения для Дальнего Востока не так уж и много: за счёт межрегионального перераспределения внутри страны; за счёт привлечения соотечественников, проживающих за рубежом; за счёт более широкого привлечения иностранных граждан, которые хотели бы жить и работать на российском Дальнем Востоке. Привлекательность восточных регионов страны невелика, поэтому рассчитывать на существенное перераспределение населения внутри страны в их пользу вряд ли можно, – демографическая ситуация по стране в целом не менее сложная. Отчасти и на этот процесс пока не обращается особо внимание, стабилизировать убыль населения можно при условии сдерживания оттока населения, которое покидает северные территории и хотело бы остаться в южных районах Дальнего Востока. Это могло бы стать важной частью программы вахтового освоения северных территорий, при обустройстве их в более благоприятных условиях. Но оказавшись невостребованными на юге, люди на следующем шаге покидают Дальний Восток окончательно.

Два других источника требуют действительно нестандартных подходов и решений. Заканчивается второй пятилетний срок действия Программы содействия добровольному переселению соотечественников, проживающих за рубежом, но утверждать, что соотечественники заметно повлияли на динамику численности населения в регионе, не приходится, и не потому, что они инертны, или им безразлична Россия. Достаточно непростое миграционное законодательство, да ещё и в руках Министерства внутренних дел стало по существу трудно преодолимым барьером на пути на родину. Особенно очевидно это стало в последние два года, когда сюда потянулись беженцы из Донбасса.

Не менее важно такое обстоятельство, как наличие избыточного потенциала трудовых ресурсов ближайшего к российскому Дальнему Востоку «дальнего» зарубежья. Фобий в этой связи достаточно, а события последнего времени в Европе делают вообще рискованным предложение использовать иностранную рабочую силу в объёмах на порядок больше сегодняшних. Но привлекательность региона можно повысить только путём интенсивного наращивания социально-инфраструктурного комплекса, что можно сделать, привлекая в больших масштабах дополнительную рабочую силу. То есть речь идёт о формировании целевого миграционного потока на определённый срок для выполнения точно поставленной задачи. Этот механизм можно сравнить с запускающим основной двигатель стартёром. Решить задачу ускоренного экономического развития Дальнего Востока можно, создав здесь избыточные условия для жизни населения, которые не только остановят отток населения, но и станут привлекательными для вновь прибывающих людей. Убывающему демографическому потенциалу такая задача не под силу, за счёт созданных механизмов управления миграционными процессами решение может растянуться на многие десятилетия, и только привлекая, скажем, на ограниченный срок большое количество рабочих рук, имеем шанс кардинально изменить и экономическую и демографическую ситуацию в регионе.

– Наверное, стоит упомянуть и о бюрократических препонах?

– Разумеется. Усилия Министерства Дальнего Востока сосредоточены на создании в регионе особой инвестиционной среды, активизации притока капитала. Но не менее важно освободить регион от сложившейся в стране за последние десятилетия миграционной казуистики, когда соотечественник оказывается иностранцем, когда буква закона становится непреодолимым барьером на пути получения им российского гражданства. Чтобы смогли работать ТОРы, свободные порты, гектары, для Дальнего Востока необходимы особые миграционные правила, особый миграционный режим. Принятые законы, активизирующие инвестиционную деятельность, нуждаются в дополнении законом, усиливающим миграционный приток населения на эти территории. Одной из задач в рамках Концепции демографической политики могла бы стать оценка возможностей формирования единого рынка труда стран Северо-Восточной Азии и Российского Дальнего Востока, как одного из вариантов интеграционного встраивания в Азиатско-Тихоокеанский регион. Возможно в этой связи может быть обсужден вопрос о двойном гражданстве для переселенцев на Дальний Восток.


– Чтобы территория стала привлекательной, здесь должно быть что-то такое, чего больше нет нигде. Чем можно привлечь соотечественника, особенно молодого, а чем – иностранца?

– Ну, конечно же, не гектаром дальневосточной земли, или неясными условиями территории опережающего развития. Таковыми являются строящийся космодром «Восточный», и туда уже поехали люди. Проектом является судостроительный завод «Звезда», и там тоже начался приток специалистов. Таких проектов пока может быть и немного, но в данном случае важно понять, на что делает ставку прежде всего государство, и в каких сферах деятельности оно будет стимулировать бизнес. Когда в начале 70-х годов создавался Дальневосточный научный центр Академии наук, сюда поехали тысячи выпускников московских, ленинградских и других вузов страны. И их «закрепление», обеспечивалось жильём и интересной работой. В Концепции ключом решения многих задач является правильно определенная мотивация: что обеспечит исключительную привлекательность территории, что может активизировать приток населения. А рост численности ведёт к росту рождаемости, материальное стимулирование и инфраструктурная поддержка позволят определить эффективность используемых рычагов.

Демографическая политика в неменьшей степени искусство возможного, нежели любая другая политика. Любое действие потребует финансирования, а значит ресурсы должны быть сосредоточены на ключевых (стратегических) направлениях. Несомненно, проблемы коренных малочисленных народов должны найти отражение в Концепции, но в неменьшей степени, если решается проблема качественного роста, внимания заслуживает молодое поколение.

Вузы Дальнего Востока могут стать привлекательными для приема абитуриентов из других регионов страны, а также из-за рубежа, если здесь образование станет бесплатным. Приём десятков тысяч студентов из стран Северо-Восточной Азии (в том числе и детей соотечественников, проживающих за рубежом) должен стать государственной программой. Необходима также программа по стимулированию выпускников вузов центральной России для работы на востоке страны, как в Дальневосточном отделении Российской академии наук, так и в государственных корпорациях. Десятки тысяч дальневосточников, родившихся в 80-90-е годы, обучались за рубежом, получили богатый опыт работы, и немало тех, кто хотел бы вернуться домой, но на их пути есть не только сложности с трудоустройством, но проблемы формального характера (паспорт, военкомат и т.п.), это ещё один из источников, который заслуживает рассмотрения.

– Юрий Алексеевич, как известно, идеи, чтобы стать движущей силой, должны овладеть массами. Рассказывайте о них чаще!

– Я рассказываю и, пользуясь случаем, благодарю вашу газету, за то, что даёте мне такую возможность. Разумеется, позиции и мнение регионального научного сообщества необходимо доносить до лиц, принимающих решения. Речь не о местечковых амбициях, или противостоянии периферии центру. Живущим на этой территории, и ощущающим на себе решения, которые идут сверху, иногда позитивные, а иногда и не очень, абсолютно небезразлично, какой будет эта территория через десятки лет, потому что на ней будут жить их потомки. Или не будут здесь жить, потому что очередная Концепция демографической политики останется красивой на бумаге, но так и не сможет повлиять на сложившиеся демографические тенденции, а, значит, не сможет позволить реализовать те инвестиционные проекты, под которые сегодня создаются льготные условия. И тогда, в лучшем случае, вопрос о будущем российского Дальнего Востока так и будет оставаться открытым.


воскресенье, 2 апреля 2017 г.

Поездка на форум по исследованию газогидратов в Японском море

Дорогие геологи!

Вы, конечно же, помните, что первое воскресенье апреля – День геолога. В этом году он выпал на 2 апреля. Жаль, что в нынешнее время руководители страны стали забывать о нём. Но мы – геологи, а потому не забываем отлично работать, а в наш день – весело праздновать!

С праздником, коллеги!

Поездка на форум по исследованию газогидратов в Японском море

Расскажу об одном эпизоде из обычной работы геологов. 14-17 марта 2017 мы с доктором геолого-минералогических наук Ренатом Шакировым были приглашены в Японию на форум по исследованию газогидратов в Японском море. Пригласил нас главный специалист по газогидратам в Японии профессор Рой Матсумото. 


В форуме приняли участие учёные из японских университетов Meiji  и Tottori, коллеги из США, Франции, Тайваня и других стран. 


Что важно в этом приглашении и в работе нас на форуме. Лаборатория газогеохимии ТОИ ДВО РАН имеет большой опыт изучения геологических условий формирования потоков пузырей метана из донных отложений и газогидратов. Многие иностранные учёные считаютчто газогидраты являются продуктом современного микробного образования метана, который в стабильных условиях высокого давления и низкой температуры образует газогидрат. А мы доказали, что источником газогидратов является термогенный и мантийный метан, который поступает из глубоких горизонтов пород по зонам разломов и влияют на этот процесс сейсмо-тектонические активизации. Эти выводы и наши методы исследований интересуют иностранных коллег. Нам тоже важно знать фактический материал по газогидратам, который получен иностранными учёными.

Во-первых, геологические условия формирования газогидратов, которые изучали мы, и показывают иностранные коллеги, во многом имеют общие закономерности. 


Во-вторых, есть интересные различия, например, открытие японскими учёными массивных газогидратов. 


Я сделал доклад «Геологические условия формирования газогидратов в Охотском и Японском морях», мой коллега – доктор геолого-минералогических наук Ренат Шакиров сделал доклад «Концепция образования восточно-азиатского газогидратного пояса». 


В процессе дискуссий были заключены два договора о сотрудничестве. Подготовлен проект «Геологические условия формирования потоков метана и газогидратов в Японском море». Его руководителем с японской стороны будет Рой Матсумото, а с российской, от ТОИ ДВО РАН – я и Р.Б. Шакиров. В другом проекте «Сравнительная оценка гидротермальных источников в Японии,  на Тайване, в Приморье и на Сахалине», руководителем от Тайваня будет профессор Лин, а с российской – мы с Р.Б. Шакировым.

Кстати, мы посетили горячий источник в Тоттори, искупались в бассейне и взяли пробы воды. В нашей лаборатории извлекли из пробы воды газ и сделали его анализ. В газе оказалось большая концентрация метана и гелия, что характерно для глубоких источников горячей воды, и присутствие в породах источника углеводородов, происходит микробный процесс образования метана. 


Как всегда, со мной была мандолина, так что на заключительном заседании я сыграл коллегам несколько моих любимых мелодий и в том числе замечательную песню о геологах, в которой есть прекрасные слова:

«Лучше друга нигде не найду я,
Мы геологи оба с тобой,
Мы умеем и в жизни руду дорогую
Отличать от породы пустой.
………………………….
А путь и далёк, и долог,
И нельзя повернуть назад.
Держись, геолог, крепись, геолог,
Ты ветра и солнца брат…»



Анатолий ОБЖИРОВ, 
доктор геолого-минералогических наук, 
профессор

суббота, 1 апреля 2017 г.

Соревнования на лыжах 4 февраля 2017 года

Дорогие спортсмены!

Сошёл снег, и как-то пришли картинки воспоминаний, как мы соревновались на лыжах 4 февраля 2017 года.

Был чистый снег, очень много молодых и красивых научных сотрудников, и, конечно, победила дружба и ТОИ ДВО РАН, которые заняли 1-ое место.

Я послал несколько фото наших соревнований, чтобы напомнить и проводить окончательно зиму, и до следующей зимы.

Поздравляю всех с Днём геолога, здоровья и успехов!

Анатолий ОБЖИРОВ, 
доктор геолого-минералогических наук, 
профессор








четверг, 30 марта 2017 г.

Дельфинарий вновь ждёт гостей


После долгого перерыва океанариум возобновляет шоу с млекопитающими: 29 марта в Приморском океанариуме состоялась генеральная репетиция новой программы. Теперь дважды в день гости океанариума могут присутствовать на представлении морских млекопитающих. Тихоокеанские афалины, белухи (их ещё называют белыми китами или полярными дельфинами), любимец публики – морж Миша вместе со своими тренерами постарались на славу.



На генеральную репетицию были приглашены воспитанники школы-интерната из села Раздольное и их шефы из волейбольной команды «Приморочка». Воспитанники школы-интерната год назад были первыми посетителями океанариума в рамках благотворительного проекта. В то время экспозиции только начинали заполнять.


На репетиции присутствовали и волонтёры Приморского океанариума, которые оказывают неоценимую помощь штатным сотрудникам. Среди волонтёров в основном старшеклассники, студенты и пенсионеры. Самому младшему – 14 лет. Самому старшему – 74. Сегодня с океанариумом сотрудничают более 50 волонтёров.


Дельфинарий Приморского океанариума – один из крупнейших в мире, работающих круглый год, в том числе и в зимнее время. Объём воды в его бассейнах – около 15 тысяч кубических метров. Всего их шесть. Центральный, для представлений, имеет площадь 800 кв.м. и глубину около 10 м. Зимой вода подогревается, летом – охлаждается.

В бассейнах созданы прекрасные условия для содержания и тренировки морских млекопитающих. Выполнены все требования для кормления, осмотра и транспортировки животных. Действует отдельная ветеринарная лаборатория для морских млекопитающих.

Выступления животных могут одновременно посмотреть до 800 зрителей.


Приморский океанариум – единственный государственный океанариум в России. Он входит в состав Национального научного центра морской биологии, который, в свою очередь, входит в состав Российской академии наук. Основные направления работы океанариума – научная и просветительская деятельность. Их стараются придерживаться и при демонстрации навыков морских млекопитающих. Программа и комментарии ведущего составлены таким образом, чтобы рассказать посетителям о научно достоверных фактах из жизни морских животных. В представлении участвуют дельфины, белухи, морж Миша. Возможно, позже к ним присоединятся морской лев Айк, белобокие дельфины, а также морские котики, которые сейчас живут в экспозициях океанариума.


Представление началось с дельфинов, продемонстрировавших акробатические прыжки. Их тренируют девушки. Афалины играли с обручами, крутили их на носу, пели, танцевали и на прощание помахали зрителям плавниками.


Мужской тренерский состав показал номер с белухами. Млекопитающие катали своих наставников на спине, как на серф-доске, кружились с тренерами в медленном танце и целовали их. Белые киты крутили обручи, играли мячом, а также пели. Кстати, их ещё называют морскими канарейками, потому что они могут издавать до 50 разнообразных звуков.



Завершил шоу гвоздь программы – морж Миша. Он делал зарядку – качал пресс, отжимался, играл в баскетбол, исполнил танец живота, пел и играл на игрушечном саксофоне. И в завершение номера, как истинный джентльмен, поклонился и подарил воздушные поцелуи присутствующим дамам, чем, конечно же, вызвал неизменный восторг зрителей.


Наша справка. Тренерский состав: Игорь Петрович Костычев – главный тренер. Тренеры белух: Григорий Сиренко, Сергей Сиренко, Ярослав Украинцев, Северин Леунов. Тренеры дельфинов: Олеся Чернышова, Анастасия Санникова, Евгений Изосов, Аурика Кнаус. Тренер морского льва Айка: Антон Брыков. Тренер моржа Миши: Денис Сокур. Тренер морских котиков: Екатерина Бурцева. Ведущий, он же тренер Айка, он же тренер морских котиков – Владимир Маслов.


«Ещё мой отец был тренером млекопитающих животных, поэтому мы с братом с самого детства полюбили дельфинов и мечтали стать тренерами. Первый свой опыт мы получили в Японии: там воспитывали дельфинов и показывали очень интересное шоу, – поделился тренер океанариума Григорий Сиренко. –  Теперь здесь хочется показать представление, которое будет очень интересным не только для детей, но и для взрослых. В ближайшее время планируется включить в программу выступление с морскими котиками. Старые артисты не будут стоять на месте, мы с ними тоже будем готовить новые элементы».


Главный тренер Приморского океанариума Игорь Костычев рассказал: «Все мои ученики любят животных. Мы готовимся очень серьёзно и каждый раз переживаем за наших подопечных как за своих детей. Набирается тренерский состав из желающих, но выдерживают далеко не все. Наши тренеры проводят всё своё время с животными, налаживают контакт и общаются с ними. Если у человека не получается взаимодействовать с животными, значит, эта профессия не для него. Кроме того, необходимо плавать каждый день, держать себя в форме, а вода в бассейне холодная, нужно привыкать к такой температуре.

Многие считают, что животных тренируют за счёт голодания – это не так! Млекопитающие не пьют воду, всю необходимую влагу они берут из рыбы, поэтому их необходимо кормить. Наказывать млекопитающих недопустимо и бесполезно, животные воспринимают только общение. С ними можно только договориться. Можно наказать вниманием – «обидеться» и уйти на 15-20 минут, а потом вернуться к подопечному, который попереживал и уже радостно встречает своего тренера. Мы используем общение с элементами игры, так они к нам привыкают и запоминают команды».


Как рассказали тренеры млекопитающих, у животных есть своё настроение. Если они не захотят что-то делать, то их невозможно заставить. Как и люди, они могут быть утром не в духе, лениться, работать на тренировках лучше, чем на представлении. Поэтому как пройдет выступление, зависит напрямую от самих млекопитающих.


По словам главного тренера океанариума Игоря Костычева, скоро участниками шоу станут морские котики, белобокие дельфины и морской лев. «Морские котики и морской лев, наверное, выйдут на сцену уже в апреле», – отметил он.





Фото Леонида МАКОГИНА

понедельник, 13 марта 2017 г.

От водолазного шлема до магических кластеров


Доктор физико-математических наук Андрей Вадимович ЗОТОВ изучает процессы формирования наноструктур. Он известный специалист в области физики твёрдого тела. Заведует лабораторией технологии двумерной микроэлектроники Института автоматики и процессов управления ДВО РАН, профессор Дальневосточного федерального университета и Владивостокского государственного университета экономики и сервиса.

Научные интересы: физика поверхности и наноструктур, рост тонких пленок на поверхности полупроводниковых кристаллов, сканирующая туннельная микроскопия.
В 2016 году на состоявшейся в Москве сессии Общего собрания Российской академии наук Андрей Вадимович избран членом-корреспондентом РАН по специальности «физика».

Сегодня Андрей Вадимович – наш собеседник. Он рассказал о том, как стал учёным, своих научных интересах, достижениях, учителях и коллегах… А с чего всё началось?

В столицу!

– Мои школьные годы в Хабаровске выпали на 1960-е. Атмосфера тех лет (фильм «Девять дней одного года», журнал «Квант», команда КВН МФТИ в телевизионном конкурсе) меня зацепила. И тут такой подарок судьбы – первый дальневосточный набор в МФТИ во Владивостоке в 1972 году пришелся ровно на год моего окончания школы. Набрали 25 человек, среди них оказался и я. Не могу не упомянуть, что тогда же я познакомился с сокурсником Сашей Сараниным (Прим.: Александр Александрович Саранин, член-корреспондент РАН, заместитель директора ИАПУ ДВО РАН), с которым меня связывает с тех пор не только дружба, но и совместная научная деятельность. Для поступивших дальневосточников было особое условие: после четвёртого курса они должны были вернуться во Владивосток, там два года делать диплом (в МФТИ учатся шесть лет), а потом и работать. После четырёх лет, проведённых в столице, возвращаться не слишком хотелось, но теперь я совсем не жалею о том, что вернулся.

В отделе систем искусственного интеллекта

– В 1976 году вместе с Сараниным мы оказались в Институте автоматики и процессов управления (ИАПУ) тогда ещё ДВНЦ АН СССР в отделе систем искусственного интеллекта, созданном Филиппом Георгиевичем Старосом. Старос – легендарная личность, перебежчик из Америки, лауреат Государственной премии СССР, отец советской микроэлектроники, в этом году ему исполнилось бы 100 лет, но это отдельная история. В отделе предполагали создавать трёхмерные интегральные схемы и искусственный интеллект на их основе. Амбициозность задачи несколько контрастировала с материальной базой, которая на тот момент состояла из пары насосов и водолазного шлема (из него собирались сделать вакуумную камеру).

Прорыв на новый качественный уровень

– Я несколько утрирую, но не слишком. Исследования были примерно того же уровня. Моя дипломная работа заключалась в импульсном облучении плёнок сурьмы электронами. Научная значимость этих экспериментов не совсем очевидна, но определенный опыт из них я вынес, особенно, когда дважды попал под высокое напряжение (один и пять киловольт), к счастью, без последствий для здоровья (у меня двое детей, и я до сих пор играю в футбол). Прорыв на новый качественный уровень случился благодаря тому, что Ф.Г. Старос как-то сумел убедить тогдашнего Президента АН СССР А.П. Александрова приобрести нам две сверхвысоковакуумные установки фирмы «Riber», весьма неплохие для тех времен. Одна из установок досталась нам с Володей Коробцовым (Прим.: Владимир Викторович Коробцов, доктор физико-математических наук, заведующий лабораторией в ИАПУ ДВО РАН). А на приличном оборудовании можно уже делать и приличные работы. В 1980-е мы изучали кристаллизацию аморфных плёнок кремния, из чего получилось несколько статей (уже тогда мы стали публиковаться в международных журналах) и две кандидатские: сначала защитился Коробцов, потом я.

В.В. Коробцов и А.В. Зотов

Отдел В.Г. Лифшица

– Надо сказать, что всё это было уже после смерти Староса в 1979 году. Отдел тогда претерпел определенные пертурбации, и его уцелевшую «физическую» часть возглавил Виктор Григорьевич Лифшиц. При нём отдел получил новое название «Отдел физики поверхности» и более реалистичную тематику. Уже тогда физика поверхности была на подъёме и фактически предвосхитила последующий бум наук и технологий с приставкой «нано».

Основным объектом изучения в отделе стали поверхностные фазы на кремнии. Поясню: если на поверхность кремния посадить атомы другого элемента в количестве одного атомного слоя или меньше, то эти атомы вместе с атомами кремния образуют двумерный слой со своей специфической структурой и свойствами. Это активно развивающаяся область физики поверхности. На рубеже 1980-1990-х я тоже включился в работу по этой тематике. А уже в 1994 году с Сараниным и Лифшицем мы подготовили книгу-справочник «Surface phases on silicon» для престижного британского издательства «John Wiley & Sons», потом в 2000 году была ещё глава подобного содержания, но более формальная по структуре, для справочника серии «Landolt-Boernstein» издательства «Springer». А в промежутке-то были достаточно непростые для российской науки 1990-е годы, и большая заслуга Лифшица в том, что ему удалось сохранить отдел без катастрофических кадровых потерь. Не могу похвастаться, что я был всё время рядом.

А.В. Зотов, В.Г. Лифшиц, А.А. Саранин

Объект исследований – поверхностные фазы

– В 1994 году я выиграл стипендию Фонда Гумбольдта и полтора года провел в Мюнхене, ведя исследования в Институте физики Университета Бундесвера. В теме исследований меня никто не ограничивал (мне повезло, что так же было практически всю мою жизнь), и их объектом были всё те же поверхностные фазы. По возвращению в 1996 году для порядка защитил докторскую и в том же году впервые поехал в Японию в Университет г. Осака. Вплоть до середины нулевых годов эти поездки были достаточно регулярными: более 20 поездок, как правило, на срок два-три месяца, в сумме где-то три-четыре года, точнее уже не скажу, специально не считал. Удачным было то, что профессор Оура приглашал меня вместе с Александром Сараниным. В родном отделе мы были в разных лабораториях, а тут появилась возможность поработать вместе. Получилось бодро и продуктивно. Мы использовали сканирующий туннельный микроскоп, прибор, который позволяет различать отдельные атомы на поверхности. В нашем отделе такой микроскоп появился намного позже (правда, сейчас их уже четыре).

Пример глобализации

– За «японский» период мы опубликовали много статей в хороших журналах, вроде «Physical Review B», а к тому же ещё и подготовили учебник для студентов «Surface Science: An Introduction» (в русском переводе: «Введение в физику поверхности»). Это был пример глобализации: русские в Японии написали на английском языке учебник для немецкого издательства. Издательство было «Springer», а перевод вышел четырьмя годами позже в «Науке». Мы старались, чтобы учебник был ясным и чётким, доступным даже для ленивых студентов. Похоже, нам это удалось, и на учебник было много хороших отзывов, часто в самые неожиданные моменты, например, комплименты от редактора американского журнала по физической химии, куда мы как-то послали свою статью.

«Магические кластеры» и другие наноконструкции

– Начиная где-то с 2000 года, наши исследования перестали ограничиваться только поверхностными фазами. В частности, мы получили ряд основополагающих результатов в области, так называемых, магических кластеров на поверхности. Поясню: обычные атомные кластеры, образующиеся в результате самоорганизации, имеют разные размеры, что естественно, так как каждый кластер – это результат случайных атомных процессов. Но в некоторых системах кластеры определенного типа оказываются стабильнее всех остальных и, поэтому только они и реализуются в процессе роста. Число атомов в таких кластерах выражается каким-то особым (как бы, магическим) числом, отсюда и термин «магические кластеры». Эти работы оказались очень актуальными в связи с возникшим всеобщим интересом к формированию упорядоченных наноструктур. На нашу статью в «Physical Review B» про формирование идеального массива из магических кластеров уже более ста ссылок.

Есть ещё продолжающийся цикл работ (в частности, в рамках моего гранта РНФ), посвящённый самоорганизации фуллеренов (сферических углеродных молекул С60). До нас уже было достаточно много работ про поведение фуллеренов на поверхности металлов и полупроводников. Наши же работы рассказывают о том, как ведут себя фуллерены на поверхностных фазах металл-кремний, где мы обнаружили ряд любопытных эффектов. Наиболее выразительный результат связан с открытием нового механизма самоорганизации, приводящего к образованию магических кластеров уже не из атомов, а из фуллеренов. Магический молекулярный кластер содержал ровно 37 молекул С60. Этот результат заслужил публикацию в «Nature Communications».

Уникальный материал для исследования

– Возвращусь к истории. В 2005 году умер В.Г. Лифшиц. Мне пришлось возглавить его лабораторию технологии двумерной микроэлектроники, а А.А. Саранину – отдел физики поверхности, чтобы продолжить его дело.

Физика поверхности долгое время относилась скорее к материаловедению, чем к «настоящей» фундаментальной физике. В последнее десятилетие ситуация изменилась благодаря нескольким важным открытиям. Вот, например, объёмные металлы при охлаждении до низких температур могут стать либо сверхпроводником, у которого сопротивление равно нулю, либо диэлектриком, у которого сопротивление равно бесконечности. А как себя поведут металлические слои атомной толщины? Согласно теории, атомные слои не должны переходить в сверхпроводящее состояние. А недавние эксперименты показали, что атомные плёнки свинца и индия демонстрируют сверхпроводящие свойства. Мы тоже отметились в этой области, обнаружив сверхпроводимость в сплаве таллий-свинец атомной толщины. А у двойного атомного слоя таллия в магнитном поле мы зафиксировали совсем уж уникальное свойство: при охлаждении он остается металлом с конечным сопротивлением. Это гипотетическое состояние, так называемого, бозе-металла. А есть ещё и эффект Рашбы, заключающийся в спиновом расщеплении электронных состояний в системах с двумерным электронным газом за счёт нарушения пространственной инверсионной симметрии.

Недавно обнаружили, что в атомных пленках тяжёлых металлов он может достигать гигантских значений, что делает их перспективным материалом для немагнитной спинтроники. Мы синтезировали целый набор атомных сплавов на кремнии, обладающих этим свойством, в том числе и сверхпроводящий сплав таллия и свинца, что делает его, вообще, уникальным материалом. Перспективы тут очень богатые.

Когда ощущаешь себя интегрированным в мировую науку

– Интересно делать науку на добротном мировом уровне (не хочется быть маргиналом), интересно публиковать свои результаты в хороших международных журналах (чтобы аудитория читателей была максимальная), интересно отслеживать цитирование своих статей (а как ещё узнать, насколько востребованным оказался результат?). Если всё это получается на приличном уровне, то уже ощущаешь себя интегрированным в мировой научный процесс. В принципе, прямое сотрудничество с зарубежными учёными для этого и необязательно, хотя бывает очень полезным. Только это должна быть реальная работа над конкретной задачей, представляющей взаимный интерес. Именно так мы уже более 10 лет сотрудничаем с группой теоретиков из Института атомной и молекулярной физики в Тайбэе. У нас много совместных публикаций, где их расчёты хорошо дополняют наши экспериментальные результаты. Эти работы поддержаны грантом Программы «РФФИ-Тайвань», но это не является определяющим, свои первые совместные работы мы делали без всяких на то формальных оснований.

О симпатии и сотрудничестве

– Очень желательно, чтобы партнёры были ещё и симпатичны друг другу в человеческом плане, хотя не всегда всё срастается просто. Например, у нас много знакомых коллег в Японии, среди них есть по-настоящему выдающиеся учёные, например, профессор Хасегава из Токийского университета, признанный лидер в области электрофизических измерений. Мы дружим с ним уже около 20 лет, а первая совместная публикация, причём сразу в «Physical Review Letters», у нас появилась лишь в 2015 году, когда в лаборатории Хасегавы была зафиксирована сверхпроводимость образца нашего сплава таллий-свинец. После этого сотрудничество пошло веселее. В прошлом году к нам приезжали его аспиранты, в этом году уже вышла статья в «2D Materials» про двойной слой таллия, и есть ещё целый ряд интересных работ различной степени завершенности.

О планах и перспективах

– О будущем своей научной области я не слишком переживаю. Более того, я противник жёсткого планирования научной работы даже на относительно короткий срок. Про себя знаю, чем точно буду заниматься в этом году, приблизительно, чем в будущем году, и почти ничего про то, чем – через пару лет. Меня несколько смущала такая моя недальновидность, пока я не узнал про реакцию академика И.П. Павлова на проект планирования научных работ, начатый Академией наук в 1928 году по рекомендации Госплана СССР: «Что касается до плана научных исследований, то таковой дать нахожу невозможным, так как движение работы определяется вопросами, возникающими во время самой работы». Жаль, что сейчас такой ответ уже вряд ли найдет понимание у грантодателей.

А кому сейчас легко?

– Относительно перспектив российской науки хотелось бы быть оптимистом, но оценка нынешней ситуации на основе жизненного опыта подсказывает, что едва ли будет слишком хорошо. Но это не повод смириться. Как лягушка из притчи: надо бить лапками, может, удастся взбить масло и остаться на поверхности. Это будет непросто, но ведь и лягушке было непросто, пусть она будет для нас примером. Вот такой относительно позитивный вывод.