понедельник, 31 января 2011 г.

Кто будет обустраивать Приморье?


В последние годы в Приморье все острее воспринимается тема трудовой миграции. На фоне сокращения населения Приморского края постоянно увеличивается приток гастарбайтеров. В России растет количество нелегальных мигрантов, увеличивается число конфликтов на межнациональной основе. Что происходит с населением региона, какова динамика численности, и каков ее тренд? Как привлекаемая иностранная рабочая сила влияет на нашу экономику? Можно ли вообще обойтись без мигрантов? 

На эти и другие вопросы сегодня отвечает кандидат географических наук Зинаида Ивановна СИДОРКИНА – старший научный сотрудник лаборатории региональных проблем насе-ления Тихоокеанского географического института.

– Часто можно услышать о том, что из Приморья уезжают предприниматели, поскольку бизнес вести тяжело, выпускники вузов из-за отсутствия интересной и хорошо оплачиваемой работы, ученые – так как наука на Дальнем Востоке имеет понижательный тренд. Что это? Единичные случаи или «тенденция, однако»? 

– Трансграничная миграция населения между Россией и Китаем сыграла существенную роль в «фактической интеграции», заложила основу для дальнейшей интенсификации всех трансграничных обменов в сфере торговли, инвестиций, туризма и рабочей силы. Стоимость минимального набора продуктов в ДВФО превышает среднероссийский уровень на 49%, а средняя начисленная заработная плата выше среднего по России всего на 20%, покупательная способность ниже на 32%. У каждого пятого жителя доходы ниже прожиточного минимума. Дальневосточники научились экономить, уезжая в более дешевые для жизни территории
.
– Имеют ли под собой реальную основу слухи о национальных (в частности, китайской) экспансиях?

– У китайцев есть несколько стратегических посылов. Например, – инвестиции должны идти туда, где есть китайская диаспора, а деньги должны работать на ее появление или укрепление существующей. В Интернете есть данные, что китайцы аредуют уже более 300 тысяч гектаров дальневосточных земель. 

 

Несмотря на существование Общественного межнационального совета в крае, некоторые национальные диаспоры живут по своим законам, как бы в параллельном мире. Примеров, даже по Владивостоку, масса. Они охотно и эффективно используют российскую коррупцию (административный ресурс) для решения своих задач. Местное население чувствует это и сопротивляется такому «освоению» территории. Не за горами то время, когда русские могут ока-заться своими среди чужих, на своей же территории. 

По сообщению «Восток-Медиа», в конце ноября 2010 года на аукционах реализовано право пользования недрами на четырех месторождениях Чукотки. Победители аукционов аффилированы с группой Millhouse Романа Абрамовича. Общие запасы – более 185 тонн золота и около 2 тонн серебра. За месторождения предложено 48,4 миллиона рублей при стартовом платеже 44 миллиона рублей. Больше не было желающих? Страны и регионы, богатые природными ресур-сами, теряют свои преимущества. Они переходят к тем, кто может эти ресурсы приобрести и ис-пользовать. В итоге контроль над нашими ресурсами оказывается у других стран.

– К сожалению, решения нашего Правительства иногда способствуют не закрепле-нию, а, напротив, оттоку населения с Дальнего Востока, как в случае с принятием загради-тельных пошлин против ввоза праворульных автомобилей.

– Следует упомянуть, что автобизнес в Приморском крае возник и развился в ответ на закрытие оборонных предприятий. Государство не протянуло руку помощи, и люди сами нашли способ выживания. В этом бизнесе было занято до 150 тысяч человек. Столь значительное количество занятых объясняется тем, что импорт автомобилей распространился на всю территорию Сибири с ее городами – миллионерами, а также на все остальные регионы страны, хотя и в меньшем количестве. Интенсивно начала работать транспортная система по перевозке пассажиров и грузов. Ежедневно во Владивосток прибывали поезда из всех региональных центров Урала и Сибири. Стал реально формироваться экономико-географический регион, термин, для обозначения которого – Тихоокеанская Россия, в свое время был предложен учеными Михаилом Васильевичем Терским и Юрием Алексеевичем Авдеевым, а поддержан губернатором Приморья Сергеем Михайловичем Дарькиным. 

Повышение таможенных пошлин на иностранные автомашины (практически на 100%), вызвало наибольший резонанс в дальневосточных районах. За крахом автобизнеса, спровоцированного действиями Правительства, в Дальневосточном регионе последовала цепная реакция крушений. Разрушается созданная инфраструктура, увеличивается армия безработных, поставлены на прикол суда, участвовавшие в перевозке автомашин. Государство перестало получать в казну миллионы долларов. 

Ввод повышенных пошлин на лес-кругляк, являющийся одним из основных экспортных товаров Дальнего Востока, также сыграл негативную роль как для населения, занятого в этом виде деятельности, так на пополнение бюджетных доходов. 

– Зинаида Ивановна, действия властей в отношении развития предпринимательства не всегда достигают ожидаемого результата. На ваш взгляд, могут ли меры «сверху» по укреплению семьи, освобождение женщины от необходимости работать вне семьи стимули-ровать рост рождаемости? 

– Женщины вернулись на кухню только на Рублевке, зачастую лишь на время. Рождаемость в результате «текучести» жен поднялась у отцов. Большинство женщин предпочитают работать. Эту систему уже трудно изменить. Риск стать бедным увеличивается у каждого взрослого, желающего иметь ребенка. Женщины не всегда уверены в том, что муж сможет финансово обеспечить семью в случае появления второго ребенка. Накладывает свою тень и пресловутая нестабильность брака.

Но не всегда государственные программы оказываются плохи. Поначалу отрицательно оценивали демографическую политику, проводимую в 1970-80 годы. А теперь те меры считаются эффективными. Стоит напомнить, что в 1930-е годы в стране существовали вполне демократичные меры поддержки семей с детьми в виде пособий на детей. Для нынешнего времени единственная достойная мера – программа создания материнского капитала. Однако и эта мера пре-вращается в непонятную игру с Пенсионным Фондом. Улучшение жилищных условий, возмож-но, только через ипотеку, обслуживание которой тоже стоит немалых денег. Сразу купить жилье, или улучшить его планировку с помощью материнского капитала практически невозможно. В любом случае, только материнского капитала не достаточно, а внятной комплексной программы развития социальной политики у государства так и не появилось. Сейчас, когда в трудоспособный возраст вступили молодые люди прошлой демографической волны, необходимо подумать об эффективной системе стимулирования деторождения и воспитания детей. Игнорируется важнейший фактор стоимости воспроизводства рабочей силы, в соответствии с которым заработная плата должна позволять содержать иждивенца. 

Как устроить ребенка в детский сад, которого нет? Система дошкольного, школьного и профессионального образования, при любых условиях должна быть бесплатной. Расходы государства на детей оцениваются в 11%, тогда как доля детей в численности населения составляет 20%. Ближайшие годы станут последним наиболее благоприятным периодом для активизации мер государственной поддержки семей с детьми. Это последнее поколение, в котором более по-ловины были детьми второй и последующей очередности рождения. Иначе ни работников, ни воинов, ни управленцев не будет – одни мигранты. До сих пор действует жесткая ориентация у государства – ему нужны повзрослевшие дети (призывники для службы в Армии) и малообразо-ванные рабочие, – рыть траншеи, закапывать их и снова копать.
И чтобы без лишних вопросов.

Сложилась бизнес-система «продажи» за границу российских детей. Имеется в виду, начиная с 1994 года, цветущее пышным цветом усыновление наших детей иностранными гражданами. «Продано» уже больше 700 тысяч человек. И это при депопуляции в собственной стране! Наверное, продавцы хорошо зарабатывают. 

При этом мы усиленно стремимся привлечь для работы на своей территории иммигрантов. Получается, что нам мало негативного европейского опыта подобного рода, нужно непременно получить свой. 

– Есть ли положительные примеры влияния государственной политики на рост рождаемости? Встречаются мнения, что «развитость» стран неотделима от их депопуляции. 

– Для государств с постиндустриальным развитием два-три ребенка в семье постепенно становится нормой. Франция еще в конце 1920-х годов стояла на грани депопуляции. Но принятые меры демографической политики в то время смогли уберечь ее от опасного развития ситуации. Надо осознать, что эту проблему необходимо решать, и чем раньше мы приступим к реше-нию, тем лучше. Распространенное заблуждение в обществе – предлагаемые демографические меры оценивать по конкретной, а именно, своей семье. Точно так же, как все знают, как воспитывать чужих детей или как играть в футбол. 

Задача социологов – показать – в какой семье лучше детям – в многодетной (три-четыре ребенка) или малодетной? Чем рискуют родители в будущем, решаясь только на одного ребенка. Испытание малодетностью чревато нарушением устойчивости семьи. Дети в семье – это маленький коллектив, где ребенок получает свою порцию коллективного существования от своих же братьев и сестер. В таких семьях родителям приходится направлять только старшего ребенка, младших он ведет за собой. Методика воспитания по Монтессори, – это научно оформленная модель существования многодетной семьи. На своем опыте знаю, трудно с первенцем, но с появлением второго, трудностей становится меньше, потому что опыта больше.

– Зинаида Ивановна, какие меры могут посоветовать ученые, чтобы численность на-селения не упала ниже уровня, за которым наша страна будет обречена на распад? 

– Сокращается репродуктивный возраст, и поэтому акцент сейчас должен быть сделан на улучшение ситуации в естественном приросте, особенно рождаемости. Самые мощные финансовые вливания нужны в этом направлении – обеспечение молодежи высокой зарплатой и возможностью заработать на свое содержание и содержание своей семьи с детьми. В территориях проживания коренных народов Дальнего Востока установился положительный естественный прирост. В Республике Саха (Якутия) действуют меры защиты будущих поколений и виден положительный результат. 

Но и кроме этого, на карте Дальнего Востока есть точки, где отмечается положительная демографическая динамика. Она связана с инвестированием экономического развития. Сахалинская нефть – один из примеров такого стимулирования притока рабочих рук, но, к сожалению, из-за слабых стимулов для закрепления, там они не остаются на постоянное место жительства, а рассматривают свое пребывание только как временный этап, способ уйти от низких доходов, от безработицы. 

Крупные корпорации имеют свою внутрифирменную структуру обеспечения производст-ва (труд, менеджмент, капитал, подготовка кадров, наука). Поэтому в таких точках роста работают и получают высокие доходы, в основном, приезжие работники. Высокая заработная плата их не будет влиять на реальный рост благосостояния постоянных жителей, хотя статистические органы будут показывать рост их благополучия. Разрыв в основных показателях социальноэкономического развития на одного жителя между различными муниципальными образованиями Сахалинской области составляет от нескольких процентов до десятков раз. Сейчас в Сахалинской области, где проживает столько же населения, как во Владивостоке, недостаток врачей оценивается в 400 человек. Это красноречиво говорит о том, что реализуемые в настоящее время сценарии экономического развития Сахалинской области, города Владивостока, ограничены отсутствием каких-либо значимых социально-экономических изменений в жизни значительной части населения этих территорий, не участвующих непосредственно в этих проектах. Поэтому привлечение трудовых ресурсов только со стороны, рассматриваемое как безальтернативное, – неправильное решение проблемы. На стройках саммита АТЭС работают узбеки, китайцы, филиппинцы, немного хабаровчан, приморцев. Подобным же образом строился БАМ. Результаты такого использования местных ресурсов видим сейчас – миграция с БАМа была более интенсивной, чем из других близлежащих районов. 

– К каким последствиям приводит снижение численности населения Приморья? 

– Уже сейчас обсуждается возможность повышения возраста выхода на пенсию. Повышение пенсионного возраста – наиболее легкий выход из складывающейся ситуации. Эта мера не заставит себя долго ждать, если учесть, что уже сегодня треть пенсионеров продолжает работать и получать пенсию, чтобы не стать нищими. Стоит отметить, что отчисления в ПФ с зарплаты в разы превышают, те прибавки, которые получают работающие пенсионеры при ежегодном пере-счете в сторону увеличения размера пенсии. 

Условия жизни таковы, что кроме дружественного дешевого Китая, дальневосточный пенсионер не может позволить себе зарубежные поездки и путешествия. Они за рамками сло-жившейся жизни наших пенсионеров. Положительно оцениваю существующую возможность слетать в европейскую часть страны. Но, почему нельзя организовать подобные поездки по же-лезной дороге?

Особая государственная проблема – пополнение Пенсионного фонда (ПФ). Отчисления в ПФ снижаются из-за смертности молодых возрастных групп (35-45 лет), особенно мужчин, а они имеют более высокий уровень зарплат, чем женщины. В сложившейся структуре отчислений только 60% активного населения выполняют обязательства по отчислениям в ПФ. Большие проблемы связаны с пенсиями для некоторых профессий. Сюда же входит часть профессий с особым характером труда, северные пенсии. Отдельные группы составляют депутаты всех уровней, госслужащие, которым гарантируется пенсия в размере 75 и более процентов от заработка. 

– Разве не происходит рост численности населения Приморья за счет мигрантов? 

– Они преследуют свои цели, им нужно кормить свои семьи там, в Средней Азии, Закавказье или в Китае. Их наши проблемы интересуют только в таком плане – удастся здесь заработать сейчас и в будущем, или нет? Борьба с депопуляцией Приморья не их цель.

 

В краткосрочной перспективе депопуляцию населения не сможет компенсировать ни повышение возраста выхода на пенсию, ни перенос производства в другие страны с более дешевой рабочей силой, ни повышение производительности труда. Поэтому некоторыми специалистами делается вывод о необходимости поощрении иммиграции в качестве стратегического направле-ния миграционной политики на длительную перспективу. Такие страны, как Ирландия, Великобритания, Швеция не стали сохранять после 2004 года ограничения на трудоустройство для гра-ждан стран – новых членов ЕС. Но число восточноевропейцев, желающих трудоустроиться в «старых» странах ЕС, оказалось, например, в Великобритании, в сотни раз выше, чем изначально предполагалось. 

– Зинаида Ивановна, как вы думаете, возможны ли у нас конфликты на национальной основе? 

– Постепенно создается угроза изменения в будущем национального, полового и социального состава населения Приморья. Наметились такие проблемы, как рост социальной напряженности, нехватка жилья и инфраструктуры, трудности с процессом ассимиляции. Обостряется конфликт между мигрантами и местной низкоквалифицированной рабочей силой, между новыми и уже устроившимися мигрантами, согласными на меньшую оплату труда. 

Есть общие проблемы для стран, принимающих мигрантов. Нелегальный въезд трудовых мигрантов ухудшает криминогенную обстановку, поэтому политика в отношении их сводится к выдавливанию с территории, усилению контроля через ужесточение миграционного законодательства. По некоторым оценкам, количество нелегальных мигрантов в Европе превышает отметку в 8 миллионов человек, в США – 13 миллионов. 

– Как в Приморье в прежние годы выстраивали отношения «местные» и «приезжие»? 

– Население Дальнего Востока и Приморья, в частности, формировалось несколькими пу-тями. Существует три группы населения – старожильческое (укорененные – в третьем и далее – поколениях), малочисленные национальные этнические народности, жившие здесь всегда, и мигранты первой волны (в том числе, молодые ученые, которые приехали в 1970-е годы на работу в ДВНЦ АН СССР). Каждая группа имеет свои представления и возможности на территории проживания. 

Прежде чем заботиться о будущих мигрантах, которым хотелось бы приехать к нам на жительство, нужно позаботиться о тех, кто здесь жил и будет жить дальше. Чем больше благ да-ется вновь прибывшим, тем меньше они ценятся. При слабости нынешнего российского государства, главным направлением развития дальневосточных территорий может стать поощрение неорганизованного переселения мигрантов, способных самостоятельно создавать себе рабочие места. Полезно вспомнить и позитивный опыт заселения Приморья в предыдущие периоды развития. 

– Насколько обоснована точка зрения, что власти приглашают больше, чем необходимо иностранных рабочих низкой квалификации, не стимулируют приток и закрепление высококвалифицированных кадров, увеличивают скрытую безработицу, «сбивают» уровень оплаты труда местных кадров? 

– К привлечению иностранной рабочей силы необходимо подходить более взвешенно, учитывать интересы сельских территорий и российских граждан. Заработная плата мигрантов составляет порядка 90% от зарплаты сельских жителей-россиян. В некоторых районах заработая плата иностранным рабочим не начисляется, и, соответственно, не идут налоги в бюджет, что ведет к потере доходной базы бюджета. 

Темпы привлечения иностранной рабочей силы резко превышают темпы привлечения российских граждан. При той динамике роста, которая существует в настоящее время, может сложиться ситуация, что через 15-20 лет иностранные рабочие могут полностью вытеснить рос-сийских граждан с работы на сельскохозяйственных предприятиях. 

Существует несоответствие законодательно-правовой базы для иммигрантов и русских. Иностранные рабочие могут не приниматься в штат, хотя должны приниматься в категорию «сезонный рабочий». С ними не заключают трудовой договор. Не выполняется требование – на од-ного постоянного рабочего должно быть не более пяти сезонных. Известны примеры, когда на предприятии на пять российских работников приходилось 380 иностранцев. Отсутствует легализация производства и сбыта продукции. 

Есть технологии, когда производительность труда повышается в разы, и для этого не нужно семерых с лопатами. Нужно, чтобы власти знали о таких технологиях и принимали меры к их внедрению. Об этом, побывав и Израиле с визитом, красноречиво рассказал губернатор ЕАО Александр Аронович Винников на своем брифинге, после возвращения. Стоит отправить всех наших дальневосточных губернаторов за опытом, вместо Куршевеля. 

Необходимость ужесточения миграционного законодательства и ограничения притока рабочей силы низкой квалификации очевидна. Если попытки закрыть дефицит низкоквалифицированной рабочей силы пока успешны, то уменьшить нехватку квалифицированных работников иммиграцией не удается. Напротив, ситуация усугубляется бегством отечественных умов за рубеж. 

По мнению отечественных олигархов, они никому ничего не должны. Они взяли столько, сколько смогли взять. Крупный Российский бизнес рассуждает примерно так: людей интересует жилье и зарплата, пусть они сами о себе позаботятся и сделают хоть что-нибудь для себя. Ответ бизнес-элите может быть таким: в соответствии с оценками академика Дмитрия Сергеевича Львова в России в некоторых сферах экономики производится в разы больше продукции на единицу вложенных средств, чем, например, в США. Поэтому зарплаты в этих секторах экономики должны быть увеличены также в разы, чтобы, с одной стороны, стимулировать внутренний спрос, с другой – решить острейшие социальные проблемы.

Беседовала Анастасия КУЛИКОВА


суббота, 29 января 2011 г.

Не потерять что-то очень дорогое


Печатается с разрешения Юрия Алексеевича Авдеева

Ю.А. Авдеев 

С газетой «Дальневосточный ученый» я знаком и сотрудничаю, практически с момента ее основания – начала января 1974 года. Сначала это были материалы о комсомольской жизни в Тихоокеанском институте географии ДВНЦ АН СССР, молодых ученых, потом о партийной организации и комсомольских проблемах Дальневосточного научного центра. В конце 80-х годов было несколько публикаций по поводу первых демократических выборов, и даже публикации в качестве кандидата в народные депутаты Верховного Совета СССР. В последние годы, главным образом, «специализируюсь» на публикациях в сфере своих научных интересов: вопросы демографии, миграции, будущего Дальнего Востока, Приморского края, Владивостока.
Всегда считал «ДВ Ученый» своей профессиональной газетой, где в каждом свежем номере искал статьи о тех проблемах, над которыми работают коллеги из других институтов. Особенно интересными всегда были рубрики, посвященные персоналиям – здесь в разные годы работали интересные люди, сюда приезжали и руководители Академии наук, и космонавты, и иностранные коллеги. И мне представляется, что эта часть газеты может и должна быть одной из самых важных. И думаю, что есть еще неизвестные страницы жизни тех, кто стоял у истоков организации Дальневосточного отделения Российской Академии наук. И сегодня есть еще много живых свидетелей того, как складывались отношения и с партийными и хозяйственными структурами региона, учебными заведениями и предприятиями военно-промышленного комплекса, как зарождались институты, почему так и не сложился дальневосточный Академгородок и многое другое. – Все это необходимо для молодых ученых, для тех, кто через какое-то время возьмет на себя бремя организации научных исследований и доведения их до практической реализации.
Кроме того, мне представляется, что какая-то часть газетной площади может быть предоставлена для проведения научных дискуссий на общечеловеческие и социально значимые темы. Мы сильны тем, что научные подразделения, специализирующиеся в разных областях научного знания, способны посмотреть на проблему с разных сторон, что позволяет выйти на такое решение, которое вряд ли под силу даже самому развитому индивидуальному мыслителю. Тем более, что даже в самых смелых фантазиях вряд ли кто-нибудь мог предположить такое развитие событий во Владивостоке, и в целом на Дальнем Востоке. И независимо от того, импульс федерального центра продлится надолго, или он иссякнет уже в ближайшие годы, нынешняя траектория развития может и должна стать предметом пристального внимания со стороны научного сообщества. А правильные решения могут родиться только в процессе многостороннего обсуждения.
Откровенно говоря, бумажный вариант нашей газеты оставляет желать много лучшего. Поэтому, с одной стороны, необходим поиск более современного формата, а с другой, думаю, что было бы неплохо наряду с твердым вариантом иметь электронную версию газеты. Это могло бы существенно расширить аудиторию, и сделать более оперативной связь газеты с читательской аудиторией.
По поводу рекламы (при патологической ненависти к таковой) могу сказать, что есть две стороны этого вопроса. Первый – это необходимость значительного расширения аудитории для газеты: ее читателями могли бы стать руководители предприятий, частный бизнес, а также властные структуры (муниципальные, региональные, федеральные). А второе – если газета будет доходить до этой части аудитории, тогда реклама могла бы стать проводником тех научных достижений, которые получены исследователями академических институтов. В такой рекламе были бы заинтересованы и ученые, и администраторы Академии наук, и представители бизнеса, и власти. Только механизм этих рекламных акций принципиально отличается от той рекламы, которая сегодня сочится из всех щелей. Вроде бы реклама идет от разработчика, но платит не он, оплата появляется только тогда, когда рекламируемый продукт находит своего потребителя.
А вообще хотелось бы пожелать редакции «ДВ Ученого» работать на таком уровне, чтобы каждый читатель с нетерпением ждал каждого следующего выпуска, а о каждом пропущенном – жалел так, как будто потерял для себя что-то очень дорогое.
С уважением,
Юрий АВДЕЕВ,
кандидат экономических наук,
директор Азиатско-Тихоокеанского института миграционных процессов,
ведущий научный сотрудник Тихоокеанского института географии ДВО РАН

четверг, 13 января 2011 г.

Тигр, я и любовь к турецким девушкам

 
Я, Александр Куликов, перед вами, тигр вдалеке, а потому не виден за кустами, ну а турецкие девушки, соответственно, - в Турции

Рассказал я тут недавно одну историю, как студеной и темной январской ночью в далеком зимовье подвергся нападению, как в первый момент показалось, злобного медведя–шатуна, а при более внимательном рассмотрении – собственного страха. В общем-то, получилась история с веселым концом, потому как шатун вблизи оказался мышкой, воспользовавшейся акустическим приспособлением в виде замерзшей пергаментной обертки от сливочного масла.

Но не всегда встречи с опасностью оказываются сгенерированными воспаленным мозгом. Иногда они реальные от начала до конца, несчастливого конца, потому что завершаются гибелью человека.

Об этом случае мне рассказал мой тесть, Эдуард Валентинович Поляков, вечная ему память. В конце семидесятых – начале восьмидесятых годов он несколько сезонов отработал штатным охотником в Малой Кеме, Тернейского района. В те годы одна из зим проходила подобно нынешней: в декабре прошел дождь! Сами понимаете, для зверья резкая оттепель, таяние снега под дождем, а потом намораживание ледяного панциря над землей – трагедия, если не катастрофа. И, как оказалось, не только для зверей.

 
Эдуард Валентинович и Марина 

На одном из охотничьих участков охотились два брата. Один из них побежал в поселок за хлебом, продуктами, да и в баньке помыться, а другой остался в зимовье. Почему они не пошли вместе – не знаю. Короче, когда брат через несколько дней вернулся, брата он не нашел. Искал сам, поднял мужиков в поселке, а нашли в итоге они не человека, а медведя-шатуна. Убили, а выпотрошив, обнаружили откушенную руку в фуфайке. Вот такие дела… Тело искали, да не нашли. А брат остался на участке и еще неделю бродил по знакомым местам и все надеялся найти хоть какие–то останки, да предать их земле. Снега не было, а потому и следов, так что найти то, что осталось от брата, никак не удавалось.

Вот однажды сквозь сон слышит он, как открывается дверь в зимовье и заходит брат, только лица его не видно и разглядеть его не удается, но он знает, что пришел брат.

– Послушай, брат, – говорит. – Ты где меня ищешь?

– Ну как, – отвечает брат, – вот там–то и там–то…

– Да нет, ведь я же пошел совсем в другую сторону. Пойдешь вот туда, помнишь, там небольшой ключик? Пройдешь по нему, там скалка есть, за ней выемка, вот там под валежником я и лежу…

До рассвета брат больше глаз не сомкнул, а как забрезжило, бросился, куда брат указал. Там, под валежником, его останки и нашел.

***

Что-то нынче у меня не очень весело получается. Что поделать – жизнь есть жизнь. Все в ней находит свое место: печали и радости, горе и счастье, рождение и смерть…

Нет, я сегодня, определенно, не в лучшей форме.

Начнем заново.

Той осенью стояла замечательная погода. Было сухо и тепло, легкие ночные заморозки немного закрасили листву, но днем солнышко светило не только ярко, но и жарко. А самое главное – лимонник уродился на славу. Вот за ним мы и собрались в окрестности Тигрового, к подножью горы Воробей. Со мною были: Юрий Ровин, Толя Уминский, Агит Попов, Володя Кузнецов и Толя Бабий.

Особо скажу об одном из нас. Это – Толя Бабий. Мы окончили один университет в Харькове, затем оба служили в армии, а познакомились уже во Владивостоке, когда стали работать в Институте химии ДВНЦ АН СССР. Толя – украинец, потомок запорожских казаков, но на первый взгляд (да и на второй тоже), на «щирого» украинца совсем не походил. Зато у него были две особенности, которые отличали его от любого из нас. Одна из них была наследственная, а другая – благоприобретенная.

Начнем с первой. На вопрос, почему у него, потомка запорожских казаков, такая не очень мужественная фамилия, он пояснил. В те давние времена, когда выражение «у Кривого Рога» означало корчму, которую держал казак, окривевший от сабельного удара, а набеги на Турцию были обычным делом, среди казаков были в ходу клички, а не фамилии. Толиному предку кличку «Бабий» дали за его любовь к прекрасным турчанкам. Пока более прагматичные казаки тащили в лодки экспроприированные у султана мануфактуру и прочие товары, «Бабий» занимался главными в его понимании ценностями. В смысле – любимым занятием.

Благоприобретенная особенность Толи заключалась в его любви к шахматам. Как и женщины, шахматы отвечали ему взаимностью. Он был чемпионом Приморского края, чемпионом Тихоокеанского флота, стал Международным мастером, спонсором и тренером детской команды.

Но не всегда и не все складывалось у него гладко и безоблачно. Толин изощренный ум и склонность к многоходовым комбинациям иногда оказывали ему дурную услугу. Случалось, что рассказывая жене почти правдивую историю о своей задержке на работе, он несколько увлекался, импровизировал и в итоге чуть–чуть искажал действительность. Вроде бы как мелочь, но не тут-то было! Известно, что женщины, будучи внешне (количество ног, рук, пальцев и т.д. – совпадает) похожи на нас, мужчин, порой ведут себя до такой степени отлично, что складывается впечатление, будто они прилетели с другой планеты. А некоторые из них и вовсе видят нашего брата «насквозь». Так и Наташа, Толина жена, выслушивая вполне правдоподобную на мужской взгляд историю, безжалостно прерывала его восклицанием: «Сколько можно врать!» Дошло до того, что однажды вечером, возвращаясь домой, в широко известное в узких кругах общежитие на Кирова-62, Толя сказал мне:

– Слушай, зайдем к нам, скажи Наташке, что мы задержались на партсобрании.

– Толя, но ведь мы действительно идем с собрания!

– Ну да, но ведь мне-то она не поверит!

Вот такая была «пронзительная» женщина. Но даже ей не удалось переделать Толю.

Закадычными друзьями мы с ним не были, но когда моя жена Марина заболела неизлечимой болезнью, мой маленький бизнес рухнул, поскольку потерял я к нему интерес, а те, кого считал своими, помогли падать, Толя пришел и без лишних слов (хотя в обычной жизни бывал многословен) заплатил за лекарства такую сумму, которая мне была не по плечу.

ТОЛЯН, СПАСИБО ЗА ВСЕ, ДАЙ БОГ ТЕБЕ ЗДОРОВЬЯ!!!

***

Мы поднимались не спеша по ключу Пигарееву, с тем чтобы в верховьях перевалить в Семенов и уже по нему вернуться в Тигровый. Наши куртки уже перекочевали в рюкзаки, котелки и пакеты понемногу наполнялись рясными кистями лимонника, все шло великолепно! К полудню мы почти вывершили ключ и решили остановиться на обед. Вскипятили чай, достали бутерброды, вареные яйца и помидоры, пару баночек сайры в масле и нехитрый перекус на небольшой полянке превратился в отличный обед на скатерти-самобранке, в роли которой выступал костровой тент.

Толя, который после окончания университета отслужил два года в Иманском погранотряде, рассказал как один из его бойцов, заступив ночью в наряд, по охране какого-то объекта, почувствовав смутное беспокойство, повернулся и оказался нос к носу с тигром. Парень был не местный, с «запада», тигра до этого видел только на картинке, а потому так растерялся, что забыл про автомат с боевыми патронами и так испугался, что с ним приключилась «медвежья болезнь». Мы весело посмеялись над незадачливым защитником границ СССР.

Зря, в общем-то смеялись…

***

Тигр, надо сказать, при своей яркой расцветке может быть совершенно невидим в тайге не только летом, но даже зимой. А ходит он бесшумно как кошка, наверное, потому, что и в самом деле является кошкой. Мой знакомый охотник рассказывал, как тигр испортил ему охотничий сезон. Зимовье моего товарища стояло на маленьком ручейке, который впадал в небольшой ключ. Товарищ ставил капканы и ловушки на колонка по этому ключу уже несколько лет, каждой осенью там охотился. Место это и зимовье я описал в рассказе о встрече с медведем–шатуном. Так вот, каждый день, выходя из зимовья, он спускался по ручейку до ключа и уходил от места слияния по путику вниз по течению на пару километров, проверяя свои ловушки. Проверив, поднимался вверх, проходя мимо места впадения своего ручейка в ключ еще на два–три километра, собирал колонков, снова настораживал капканы. Затем поворачивал вниз к ручейку, а вдоль ручейка – домой.

Первая неделя прошла в штатном режиме. Колонок, немного белки, все размеренно и привычно. А вот вторая неделя принесла неприятный сюрприз. Дойдя до самой нижней по течению ключа ловушки, он присел на валежину, выпил чаю из термоса, закусил лепешкой и направился по путику вверх. Вот те раз! В нескольких метрах от своей тропы он увидел свежий тигриный след. По следам было видно, что тигр тропил охотника до нижней ловушки, полежал в снегу, пока охотник подкреплялся лепешкой с чаем, а потом ушел в лес. Неприятно, но что поделаешь, пришлось заменить дробь пулей. Смотрел уже не на деревья в поисках белки, а на кусты, опасаясь тигриной засады. Охотник добрался по тропинке до верхней ловушки, взял по пути пару колонков, но радости не было. Нехорошее предчувствие его не обмануло. Спускаясь по ключу к своему ручейку, он опять увидел тигриные следы недалеко от своей тропы. На следующий день все повторилось сначала. Охотник проверял ловушки, а тигр ходил следом. Третий день прошел спокойно, тигр как будто бы ушел. Но на четвертый день опять тропил охотника. Этот день стал днем закрытия сезона. Человек не выдержал. Собрал ловушки, захватил шкурки и вернулся в поселок.

С тигром можно встретиться, когда он того захочет. А если не захочет, то увидеться с ним сможет только очень опытный охотник.

***

Мы перекусили, отдохнули и пошли к вершине ключа. Да недалеко ушли.

– Саша, смотри, что я нашел, – это меня позвал Толя. Подхожу и вижу картину, описанную подробно в русских народных сказках. Звучит это так: «Остались от козлика рожки, да ножки»! Действительно, четыре коротеньких огрызка ножек с остренькими козьими копытцами. Безрогий череп, аккуратно обглоданный с кляксами свежезапекшейся крови, горка содержимого кишок засыпанная ошметками козьей шкуры. Вот такая неудачная встреча… Хотя и не для всех ее участников она оказалась неудачной.

Созвали товарищей, благо все шли тесной группой и я им рассказал о том, как кому–то сегодня (а возможно, что еще со вчерашнего дня) неслабо повезло. Похоже – тигру, поскольку их это территория, да и место трапезы выглядело довольно аккуратно. Шутка ли – сожрать целую козу! Ведь это не только 20-30 килограмм высокосортного, почти диетического мяса, но также субпродукты и кости! Вот говорят: «Грустно жить на этом свете, в нем отсутствует уют, рано утром на рассвете, волки зайчиков грызут». А тут, понимаешь, коза – красивое и грациозное животное. Н-да… Жалко.

О чем надо было подумать? Правильно. «Пора рвать кохти». А вот у меня сообразиловка не сработала. Веселая компания, безоблачное небо, яркое и теплое солнышко, легкий ветерок и обилие лимонника, совсем не сигнализировали ни о какой, мало-мальски заметной опасности. Грустили мы над козой совсем недолго.

***

А вот зимой – совсем другой ход мыслей. В тех же местах, в минувшем декабре мне не раз доводилось ходить из Семенова ключа в Пигареев, и в обратном направлении из Сорок пятого ключа в Пигареев. Так вот, тигриные тропы там, в верховьях ключей, вблизи подножья Воробья, были так набиты по снегу, что я шел по ним и не проваливался. Правда, подолгу на тигриной тропе не задерживался. Идти удобно, да страшновато. Ну и не всегда тропа совпадала с нужным мне направлением.

***

Переваливать нам нужно было в Семенов, поэтому я решил забирать понемногу вправо и выползти на водораздел. Пошел вверх по склону и напоролся на такие лианы лимонника, что только держись! Сбросил рюкзак, прицепил солдатский котелок на шею, чтобы рвать ягоды обеими руками, и быстренько нарвал половину котелка. Обошел пару кустов и увидел лиану с такими рясными кистями! Но не успел сделать и несколько шагов, как услышал, как кто-то рявкнул впереди. Не сказать, что это был зверский рев, но почему-то у меня внутри все похолодело, а эти штуки, которые знающие люди не складывают в одну корзину, моментально съежились и уползли, по-моему, в самый центр живота. Передо мной, метрах в пятнадцати стоял

ТИГР!!!

Такое впечатление, что он просто вырос из–под земли! Стоял ко мне правым боком, выше по склону, а его голова была повернута прямо на меня. Как будто специально встал так, чтобы я мог хорошо его разглядеть. Я испугался, но ужаса не испытал. Не было ощущения, что мне – конец. Что делать? Бежать – нельзя. Стою как дурак, с котелком на шее, с замороженными мыслями в голове, а что предпринять – совершенно не знаю. Непонятно на какую реакцию с моей стороны рассчитывал тигр, но стоять ему надоело, и он, повернувшись, медленно пошел от меня вверх по склону. «Черт побери! Почему я не вытащил фотоаппарат из рюкзака! Ведь никто не поверит моему рассказу о встрече с тигром, а я мог совершенно запросто его сфотографировать!» Наверное, я подумал слишком громко, потому что тигр прошел всего-то метров пять-десять и остановился. Странно, только и успел я подумать. А он начал не по-детски хлестать хвостом по бокам и кустам. «Блин, что же делать?» – только и пришло в голову, как тигр развернулся и пошел ко мне. Хотите – верьте, хотите – нет, но страха не было, а было что-то вроде очень сильного беспокойства. Так я стоял, раскрыв рот, в полном ступоре, пока он не вышел на полянку, разделявшую нас, поднял голову и посмотрел мне… Нет, не просто в глаза, а прямо в душу и даже еще глубже, в живот, что-ли… И вот тут что-то произошло со временем. Оно очень сильно ускорилось. В моей голове все мысли понеслись со скоростью звука, или даже еще быстрее. Глаза, естественно, я отвел от его глаз, но за одно только мгновение успел рассмотреть не только все полоски, но даже все волоски на его морде. Лицом я был повернут в его сторону, смотрел ему под ноги, понимая, что смотреть ему в глаза или показывать спину и удирать – нельзя. Быстро пропятился задом несколько метров до ближайших кустов и как только скрылся от тигра за кустом, заорал что было мочи:

– Толя!!!

– Чего тебе» – отозвался Толя, он был всего в двадцати метрах ниже меня по склону. Я подлетел к нему и выдохнул: «Тигра встретил, давай ребят собирать». Вид у меня был такой, что Толя поверил сразу. Все были неподалеку и на наш зов тут же собрались около нас. Кроме Агита Попова.

– Агит, – кричим, – иди сюда.

– Чего надо, у меня тут лимонник – отвечает.

– Надо, давай скорее.

– Если вы про тигра, так он ушел.

Как оказалось, Агит находился неподалеку от меня, на другой стороне оврага, рассекавшего склон. Он услышал, как рявкнул тигр и наблюдал нашу с ним дуэль взглядами со стороны. После того, как я оставил место встречи и, сшибая небольшие деревья, помчался «поговорить» с Толей, тигр рявкнул еще раз и ушел за водораздел, в Семенов ключ. Этого рявка я уже не слышал.

Даже не знаю, почему?

Александр КУЛИКОВ 

суббота, 8 января 2011 г.

Наука в фотографиях в 2010 году. Взгляд издания "Гардиан"


Самые важные и интересные события из мира науки в фотографиях от издания Guardian

В Йорке обнаружили место захоронения гладиаторов, был собран первый робот, проявляющий эмоции, а в Юте нашли динозавра с 15 рогами – вот только некоторые из научных достижений, ставших заголовками новостей в 2010 году.
1. Март: Бурными аплодисментами были встречены первые столкновения частиц в Большом адронном коллайдере. БАК наконец-то начал оправдывать вложенные в него 6 млрд. фунтов стерлингов, когда физикам удалось столкнуть частицы с достижением наибольшей энергии, когда-либо полученной в коллайдере.


2. Апрель: В Исландии произошло извержение вулкана Эйяфьядлайёкудль, что привело к возникновению воздушной «пробки» над Британскими островами. Чарльз Артур (Charles Arthur) объяснил, почему полеты через облака вулканического пепла опасны для самолетов.

3. Должны ли создатели документальных фильмов о дикой природе с уважением относиться к личной жизни животных, например, к брачным играм этих земноводных? Один из профессоров заявил, что должны.

4. Британская ассоциация мануальных терапевтов отказалась от иска о клевете к Саймону Сингху (Simon Singh). Научно-популярный писатель раскритиковал ассоциацию в «Guardian» за пропаганду методов лечения, эффективность которых малодоказуема. Фотография Сингха и его сына помещена в «Geek Calendar 2011», выпущенного в поддержку кампании за изменение английского закона о клевете.

5. Май: Предприниматель и биолог Крейг Вентер (Craig Venter) объявил, что его команде удалось создать первую «синтетическую форму жизни», что подготовит почву для создания организмов, которые конструируются, а не возникают в ходе эволюции. Биологи синтезировали геном существующей бактерии «с нуля» и с его помощью «перепрограммировали» другую бактериальную клетку.

6. После первого сравнения полного генома человека и неандертальца, ученые обнаружили, что до 4 % нашей ДНК сходно с ДНК нашего «родственника».


7. Июнь: Археологи нашли прекрасно сохранившееся место захоронения гладиаторов. К такому выводу им позволили прийти обнаруженные на черепах, отделенных от скелетов, следы укусов львов и отметины от молотков.


8. Июль: Первые люди прибыли в Британию на 250000 лет раньше, чем считалось до этого. Кремниевые орудия, найденные на пляже в Норфолке, возможно, были оставлены охотниками-собирателями, жившими в пойме старого русла реки Темзы.


9. Август: На протяжении 48 млн. лет грибки-паразиты превращали рабочих муравьев в зомби. Они выделяли химические вещества, которые изменяли поведение муравьев, подгоняя его под свои нужды. В финальном акте зомбированный муравей мертвой хваткой цепляется за край листа – знак того, что из его головы сейчас вылетят образовавшиеся споры.


10. Научный обозреватель «Guardian» Алок Джа (Alok Jha) проверяет возможности первого робота, способного демонстрировать эмоции. Робот по имени Нао (Nao) был запрограммирован на воспроизведение эмоциональной мимики годовалого ребенка. Он воспринимает специальные сигналы и реагирует соответствующе.


11. Участники движения за охрану природы обнародовали первые фотографии изысканных наскальных рисунков из комплекса пещер «Литл Петра» у Сик-аль-Барид в Бейдха, Иордания. Исследователи потратили три года на очистку этих шедевров от грязи и копоти.


12. Сентябрь: Британский ученый Стивен Хокинг (Stephen Hawking) и американский физик Леонард Млодинов (Leonard Mlodinow) в своей книге «The Grand Design» утверждают, что вселенную создала сила притяжения, а не Бог. Хокинг прославился изучая «черные дыры». На фотографии вверху, полученной с помощью Хаббловского телескопа, виден выплеск элементарных частиц из «черной дыры» в центре галактики М87.


13. Так выглядит в представлении художника планета, которую обнаружили астрономы. Планета Gliese 581g имеет размеры Земли и потенциально является обитаемой, так как находится в «золотой» – не слишком холодной, и не слишком горячей – зоне своей солнечной системы, что делает возможным существование там воды.


14. В Юте были обнаружены останки самого рогатого из всех известных динозавров – космоцератопса, имеющего 15 рогов.
15. Теперь мы знаем цену любви. Появление нового партнера, в среднем, приводит к потере двух близких друзей.


16. Около 2000 человек приняли участие в митинге у здания Казначейства в Лондоне, пытаясь убедить канцлера казначейства Джорджа Осборна (George Osborne), что наука жизненно необходима.


17. Октябрь: Через сто лет после того, как Киплинг написал свою сказку «Как леопард стал пятнистым» из сборника «Сказки просто так», биологи-дарвинисты выявили, что животные из семьи кошачьих, охотящиеся на открытых территориях и при дневном свете, чаще имеют однородный окрас, в то время, как те, что нападают, прыгая с ветвей тропических деревьев, обычно обладают пятнистой шкурой.


18. Октябрь: Охотники за окаменелостями выкопали в угольной шахте в Индии 150 кг янтаря, в которой находилось более 700 экземпляров насекомых. Животные попали в смолу примерно 52 млн. лет назад, еще до образования гор Гималаи.


19. В рамках проекта «1000 геномов» закончилось создание первой карты различий геномов людей. С целью понять причины возникновения заболеваний были исследованы тысячи геномов. Карта была опубликована через 10 лет после создания первого черновика генома человека, эту годовщину отметили пионеры исследований генома Френсис Коллинз (Francis Collins) (слева) и Джон Салстон (John Sulston) (справа).


20. Ноябрь: Космическая программа США «Спейс Шаттл» начинает свой последний отсчет, и Робин МакКай (Robin McKie) из «Observer» задается вопросом, почему через 30 лет после того, как ракетные пусковые установки многократного использования предвещали превращение космических путешествий в обычное дело, этот проект совсем сбился с пути.


21. Астрономы определили местонахождение умирающей звезды и ее планеты, возникших вне нашей галактики.


22. Врачи ввели нейральные стволовые клетки в мозг мужчины в рамках первых в мире клинических испытаний новых методов лечения инсульта. Врачи надеются, что введенные клетки стимулируют рост новых нейронов и уменьшат воспаление, вызванное инсультом.


23. Лондонское Зоологическое общество опубликовало список 100 животных мира, находящихся под угрозой вымирания. В список включен и карликовый трехпалый ленивец (на фото). Этот миниатюрный зверек, обитающий только на одном острове, недалеко от побережья Панамы, является самым маленьким представителем ленивцев и находится под наибольшей угрозой исчезновения.


24. Животный мир обзавелся еще одним рекордсменом после того, как ученые объявили, что из всех существ сверчки обладают самыми крупными семенниками по отношению к общей массе тела.



понедельник, 3 января 2011 г.

Встреча с медведем-шатуном...

В те давние-давние годы мы были гораздо лучше, воздух был значительно чище, а наши девушки веселей и моложе, чем сейчас…


Это я, Александр Куликов 

О чем же я хотел рассказать? Точно, об охоте. Но не в том смысле, что до сих пор… (Ну вот, опять отвлекся!) А том смысле, что мы с Володей Бутенко, сотрудники лаборатории рентгеноструктурного анализа Института химии (ДВНЦ АН СССР, между прочим!), а в свободное время охотники-любители...
Так вот, мы решили пострелять коз в верховьях Семенова ключа, что недалеко от поселка Тигровый. «Джип» в те времена встречался как слово иностранного происхождения в переводных книгах, а вот «электричка» – самое – то! В воскресные дни осенью и даже зимой вечерняя электричка во Владивосток была забита так же плотно, как городской автобус. Но это не мешало всем желающим «прочесывать» ее из конца в конец, в поисках друзей и знакомых, бурно радоваться при встречах, петь под гитару, что сейчас почти забыто, так что три часа в пути пролетали незаметно.

Ранним утром в субботу, а точнее сказать – на исходе ночи, когда мы еще только отправлялись из Владивостока за своими трофеями, вагон был полупустым. Было холодно, горячих пирожков, как сейчас, никто не предлагал, но у нас был чай в термосах и задор молодости во всем теле, так что поход начинался отлично!

Тигровый встретил нас ясным морозным утром, скрипом снега под ногами, лаем собак и пустынными улочками. Мы бодро прошагали до околицы и по присыпанной кое-где клочками сена дороге двинулись к цели маршрута. Цель находилась в маленьком зимовье, в верховьях Зяркина ключа. Добираться туда надо было сначала по Семенову ключу, протопав до перевала километров пять-семь от поселка. Переваливать – около полукилометра по глубокому снегу. Дорога, по которой вывозили сено, быстро окончилась, началась снежная целина…

***

Девственной целиной она не была, поскольку еще неделю тому назад, прямо перед Новым годом, мы пробили к зимовью лыжню и три дня с Пашей Лукьяновым, Леной Сундуковой и Мариной Поляковой провели в зимней сказке. Сказкой она стала после того, как мы штурмом, по пояс в снегу, взяли перевал и, выйдя в седловину, увидели верховья небольшого ключика с кедрами, укутанными снегом и крохотной избушкой – зимовьем, затерянным среди деревьев и снега.

Девушки наши не были рафинированными городскими барышнями. Лена – сибирячка, спортсменка. Марина – дочь охотника и геолога. Но даже им морозный переход с элементами заплыва по мягкому снегу (лыжи из-за крутизны склона приходилось тащить в руках) оказался непростым испытанием. Тем веселее прошли праздничные дни.

Мы нарядили маленькую елочку, росшую рядом с зимовьем, предусмотрительно захваченными из города игрушками, прицепили длинные ленты серпантина и серебряного дождя, так что наша елочка из скромной таежницы превратилась в настоящую принцессу! В зимний поход, даже на короткое время, много с собой не возьмешь, каждый лишний килограмм за плечами незаметно превращает прогулку в испытание. Тем не менее, две бутылки шампанского к новогоднему столу мы захватили. Ну и Паша подтвердил высокую квалификацию специалиста в области химии природных соединений: соединил неприродный спирт с какими-то совершенно природными ингредиентами, да так удачно! В общем, у нас с собой было…

И еще у нас были пельмени. Но не из домашнего фарша, а из изюбрятины. Эдуард Валентинович, отец Марины, перед Новым годом добыл изюбря, так что пусть мы в лес шли не со своими дровами (хотя как посмотреть), зато с вполне натуральными продуктами. Мороз тогда стоял крепкий, снег был глубоким, не разгуляешься, поэтому наши передвижения пришлось ограничить всего четырьмя тропинками: на перевал (к дому), к ручью за водой и две тропинки, распределенные по гендерному признаку.

Все мы были жизнерадостными, но самой «заводной» была Лена. Смеялась она необыкновенно. Во-первых, по-настоящему громко, что среди девушек встречается нечасто. Во-вторых, настолько заразительно, что за многие годы нашего знакомства мне не довелось встретить человека, устоявшего перед этим жизнеутверждающим, искренним смехом. Растопит самое холодное сердце!

Сердца у нас были, напротив, горячие, так что мы веселились по любому поводу и без повода! Шутили, пели, рассказывали интересные истории, а в новогоднюю полночь выскочили из зимовья и, рискуя поморозить уши, водили хоровод вокруг нашей лесной красавицы, шумели, прыгали и наверняка надолго врезались в память лесному народцу. Тайга зимой на первый взгляд безлюдная, но если не шуметь и внимательно смотреть по сторонам, можно увидеть многих лесных жителей. Для этого не обязательно уходить далеко.

Рядом с нашим зимовьем жили два поползня. Вероятно, они были хорошо знакомы с его хозяевами, поэтому к нам отнеслись с полным доверием. Зимовье это представляло собой маленький бревенчатый домик из одной комнаты, без тамбура, размерами примерно два с половиной на три метра с железной печкой, нарами, крохотным оконцем, высотой в один венец (бревно), закрытым двумя стеклами и небольшим столиком перед окошком. В мороз зимовье довольно быстро остывало, так что до утра приходилось пару раз подниматься, становясь на земляной пол, снег на котором почти не таял и подбрасывать дрова в печку. Дверь мы занавесили костровым тентом, но все равно тепло улетало быстро. С другой стороны, благодаря своим малым размерам, зимовьюшка нагревалась моментально, да так, что от жары приходилось приоткрывать дверь наружу. Вот в эту щель и повадились забираться поползни.
Прилетали они почти всегда парами, но вели себя по-разному. Один (наверное, правильно сказать – одна) – скромно, даже робко собирал с порога упавшие крошки съестного. А вот второй был смелый до безрассудства. На порог он даже не садился. Залетал внутрь, проводил ревизию еды, упавшей со стола, рассматривал кусочки коры, отлетевшей с поленьев в поисках личинок, и даже вспрыгивал на нары, если мы сидели не шелохнувшись. Вот такой был отчаянный парнишка. Однажды, в припадке смелости, он спикировал через двери прямо на нары, но в последний момент, наверное, испугался и, заложив пируэт, приземлился на печку. Горячую! С криком (не знаю, как это перевести на наш язык) вылетел наружу. Мы огорчились, боялись, что он больше не прилетит, но через полдня наш «летчик» и его подруга появились снова. Теперь, правда, оба гуляли только по порогу…

Я говорю о зимовье «наше», хотя оно, конечно, принадлежало не нам. Но с его настоящими хозяевами мы познакомились, и останавливались в зимовье с их согласия. Произошло знакомство так. Мы любили бывать в окрестностях Тигрового, Фридмана, Анисимовки (раньше говорили – Кангауза), потому что добираться туда несложно, а места те даже и сейчас на редкость живописные. По осени, когда тайга расцвечивается всеми цветами радуги, а воздух настаивается такими запахами, что хоть ешь его с хлебом, ночевать в палатке становилось холодно, а таскать с собой спальники и теплые вещи – тяжеловато. Поэтому мы старались узнать побольше о зимовьях, расположенных в той местности, чтобы использовать их как базу для радиальных выходов.

Той осенью нам рассказали о старом корейском зимовье в верховьях Зяркина ключа, полуразрушенном, но с канами. Вот мы с Мариной и решили его найти. Вышли из Кангауза, на ночь остановились в пасеке у подножья Воробья, а потом через верховья Пигареева ключа, минуя Семенова, свалились в Зяркин.
Уже вечерело, когда услышали стук топоров. Прошли на звук вершину маленького ключика и увидели в редком осиннике почти срубленое зимовье и двух человек около него. Познакомились и разговорились. Они оказались охотниками из Фридмана и Тигрового. Здесь был их промысловый участок, на котором они добывали колонка и белку. Рассказали, что корейское зимовье с канами, которое мы искали, окончательно разрушилось и пользоваться им теперь невозможно, а вот своим пользоваться разрешили. Вот так получилось, что мы частенько стали захаживать в это зимовье в последующие годы. В основном, осенью и зимой. Оставляли хозяевам письма в тетрадке, что постоянно хранилась под потолком, новогоднюю открытку с поздравлениями и игрушки на елке, немного продуктов подвешивали, чтобы мыши не достали. Но после этого знакомства лично встретились только один раз…

***

В этом зимовье мы и остановились с Володей. Обедать не стали, бросили вещички, наскоро выпили чай с бутербродами и отправились за добычей. Куда идти, я примерно представлял. Еще возвращаясь после новогоднего похода домой, я заметил свежие козьи следы и лежки вблизи перевала. Туда и направились. Следов было полно, понемногу мы в них разобрались и пошли тропить свежий след вверх по ключу.
Через хребтик перевалили в Семенов, спустились к ключу, опять поднялись на уже следующий водораздел и увидели впереди и выше на противоположном склоне трех косуль! Немного опустились, чтобы не быть замеченными, сделав круг осторожно выбрались к хребтику и нос в нос столкнулись с косулями, которые тоже совершали обходной маневр с другой стороны водораздела. Они, естественно, увидели нас раньше, и пока мы унимали сердцебиение и дрожь во всех частях тела от хождения по глубокому снегу, «чухнули» изо всех косульих сил вниз через густой ельник. Мы стреляли, да что толку!

В густом лесу, да на замороженных до ледяной твердости веточках картечь срикошетировала, и наши косули благополучно скрылись в зарослях. А может быть, мы просто не смогли успокоить дыхание и хорошо прицелиться. Ну что ж, самый лучший зверь – живой. Преследовать косуль мы не стали. Зимний день короток, а надо еще по светлу вернуться в свое зимовье. Путь оказался неблизким, снег – глубоким, так что к пяти вечера, когда мы добрели до зимовья, сил осталось только на то, чтобы открыть дверь, набросать дров в печку и упасть на нары, чтобы хоть полчасика полежать в тепле, да прийти в себя. Даже есть не хотелось, так мы вымотались.

Легли и – «отрубились». Проснулся я около полуночи от холода и какого-то звука. Ощущение тревоги и непонятной опасности буквально висело в воздухе. Я прислушался и отчетливо услышал скрип снега под ногами (или лапами) прямо за дверью зимовья. Кто там? Если человек, то что ему зимой, ночью, в тайге, далеко от деревни нужно? Почему не стучит в дверь? Зверь в тайге человека обходит стороной, даже запах человеческий приводит его в трепет и вселяет ужас. И тут я вспомнил подвыпившего мужичка в электричке, который в промежутке среди пьяного бреда рассказал, что его соседи пару дней тому назад валили лес в здешних краях и потревожили медведя в логове.

                                                    ШАТУН!!! 

Я тихонько сел на нары и попытался выглянуть в почти полностью закрытое инеем окошечко. Ничего не видно, кроме смутных силуэтов деревьев в слабом свете звезд и отсвета от сугробов. «Он» переступил ногами на снегу справа от двери и сделал пару шагов мимо двери налево. Володя, проснулся, почувствовал неладное и тоже сел на нарах.

– Слышишь? – шепнул я ему прямо в ухо.
– Слышу! – тоже в ухо ответил мне Володя.

Ружья мы разрядили и оставили снаружи, как только подошли к зимовью, поскольку при попадании в тепло на охлажденном металле конденсируется влага, которая позже замерзает на морозе, так что осечки в самый неподходящий момент гарантированы. Можно, конечно, бросать ружья под нары. Там, на земле, снег обычно почти не тает, но все же подтаивает, да и мусор может попасть, так что надежнее ружье держать на улице.

Все что у нас было, это патроны да ножи – в ближнем бою с медведем почти что бесполезные вещи. Двери в зимовьях всегда открываются наружу, поэтому ввалиться зверь не сможет. Но о хитрости, ярости и силе шатуна мы были настолько наслышаны, что просто впали в оцепенение. Да и как не впасть, если за дверьми, на расстоянии двух метров переминается с ноги на ногу двухсоткилограммовый зверь, которому раскатать нашу избушку – пяток минут физических упражнений. Вот тут-то небо с овчинку и показалось…

***

Прошедшей осенью нам тоже довелось встретиться с медведем. Встреча та прошла без вреда для здоровья, но осадок, как говорится, остался. В середине сентября мы с Мариной выехали на недельку порыбачить на речку Гольдячка, что протекает у села Заветное Чугуевского района. Стояла сухая пора, таежные дороги оказались вполне проходимы, поэтому нас забросили в самые верховья.

Мы остановились в отличном зимовье штатного охотника: просторном, срубленном из векового кедра, с двумя окнами, крепким столом и лавками. Зимовать в таком жилище, даже учитывая тамошние сорокаградусные морозы, представлялось вполне заурядным делом. Зимовье стояло вблизи реки на возвышенности, и по тому, как было выбрано место, насколько тщательно были подогнаны бревна, чувствовалось, что рубили его основательные и надежные люди.

Рыбалка наша удалась на славу. У нас не было цели заготовить рыбу, но уж поели мы ее во всех видах: от малосолой, и – до копченой. Отходы в речку не бросали, уж больно она была чистая, а складывали в ямку у берега. Вот эта ямка для отходов и подпортила нам последнюю ночь на берегу…
Марина разбудила меня, как только я заснул, во всяком случае, мне показалось, что глаза мои только-только сомкнулись.

– Ветка хрустнула, слышал?
– Какая еще ветка?
– Не знаю, но хрустнула точно.
– Это у тебя в ушах хрустнуло, – сказал я и попытался заснуть.
– А теперь – слышал?
– Да ничего я не слышал, – сказал я и окончательно проснулся.

И услышал, как в самом деле хрустнуло, а потом еще, а потом стало ясно, что кто-то продирается через лес и ему плевать, что под ним хрустят ветки. Я быстро зарядил ружье пулей, хотя при стрельбе в упор все равно, пулей заряжен патрон или бекасиной дробью, сунул в карман рубашки второй патрон, а третий зачем-то сжал в кулаке.

Медведь прошел мимо зимовья, зацепившись и уронив что-то, и прямиком направился к моей мусорной ямке. Почавкал смачно, пока мы дрожали, прижавшись друг к другу, потом послышался плеск воды и мишка ушел через речку. На следующий день за нами приехали друзья и объяснили то, что и так было ясно: отходы «квасить» – верный способ приманить медведя.

Сидя в теплой квартире, просматривая по телевизору канал «National Geographic», держа в одной руке чашку горячего чая, а в другой – ложечку малинового варенья, отчетливо понимаешь, как хорошо жить на свете! Совсем другое дело – ночью в тайге, вдали от жилья, зимой, слышать, как за дверями рядом с нашими ружьями переминается с ноги на ногу шатун…

***

…И когда я уяснил, что выхода нет, а ступор будет продолжаться, пока нас не съедят, моя правая рука сама собой включила фонарь и направила его на порог зимовья.

Знаете, кого мы там увидели? В ярко освещенном круге света стояла маленькая мышка, сверкая бриллиантовыми глазками и грызя замороженную в камень обертку от сливочного масла. Звук был совершенно неотличим от скрипа снега под ногами ужасного медведя-шатуна. Мы с Володей «заржали» как кони! Нет, наверное, еще громче, мышку как ветром сдуло, а ружья на всякий случай мы занесли в зимовье.

***

А как же заявленная в названии встреча с медведем-шатуном? Дело в том, что полное название рассказа: «Встреча с медведем шатуном, которая не состоялась». Но редактор газеты, в которую я принес свой рассказ, сказала мне, что в газетном варианте такие длинные названия – показатель непрофессионализма. Взяла и сократила… С редактором, сами понимаете, не поспоришь…

А вот я еще помню встречу с тигром…, которая состоялась в самом деле!

Но это уже предмет отдельного рассказа и не сейчас, поскольку за окном падает хлопьями снег, а когда мы с ним встретились – слетал осенний лист…

P.S. Весной, после памятных событий в таежном зимовье, мы с Мариной поженились. Лена Сундукова была свидетельницей на нашей свадьбе.


Лена и мы с Мариной

Продолжали по-прежнему вместе ходить на рыбалку, но уже в статусе супругов.