воскресенье, 24 января 2010 г.

Хорошо ли быть ботаником?

Опубликовано с любезного разрешения автора Н.А. Василенко
Считают, что успех приходит к тем, кто рано встает.
Нет: успех приходит к тем, кто встает в хорошем настроении.  
   Марсель Ашар


Наталья Александровна Василенко  Альбом: Биологи, биотехнологи
Мне неизвестно, мечтает ли кто-нибудь в первом классе стать ботаником или нет. В мое детство все, и я в том числе, выбирали профессию космонавта или летчика-испытателя. Никто не выбирал профессию ботаника! После космонавта я хотела стать тренером-наездником, ветеринаром, зоотехником (зоотехник поближе к ботанике), но ни один из этих выборов не утешал моих родителей. Только когда я сообщила им, что хочу быть зоологом, они облегчено вздохнули.

На семейном совете было решено отдать ребенка в Дальневосточный государственный университет. Но зоолога из меня так и не получилось. После того, как на первом занятии по специальности узнала, что придется мучить, а еще и убивать бедных птичек, сразу передумала быть зоологом. А на третьем курсе я попала на практику в настоящую научную ботаническую экспедицию и поняла, что мне хочется этим заниматься и постоянно ездить в тайгу или покорять горные вершины. Раньше, в школе, меня никогда не брали в туристические походы из-за недостаточной физической подготовки, – я была хилым ребенком.

Проходя практику на Верхнеуссурийском стационаре Биолого-почвенного института ДВО РАН, я поняла, что работа ботаника – это не только приключения и романтика, но также опасности и страхи. Первый свой страх я испытала, когда мы поставили первый в моей жизни полевой лагерь в лесу, где деревья были покрыты следами от медвежьих когтей! В дальнейшем мои опасения подтвердились, ботаник – профессия опасная, временами не «женская». Вопреки сложившемуся о ботаниках в народе мнению, это люди смелые, решительные и самоотверженные.

Вообще, если вы женщина-ботаник, да к тому же только в начале свой экспедиционной и научной карьеры, то, попадая в тот или иной район исследования, наверняка столкнетесь с тем, что весь мужской состав заповедника или местности, куда вы попали, поспешит сообщить, что здешние дикие звери предпочитают поедать «исключительно – ботаников» и «исключительно – девушек».

Однажды, между заездами на кордоны, остановившись на несколько дней в гостиничном номере в Тернее, увидела забытый кем-то дневник. Было зимнее время, не позднее, но уже темное, поэтому от нечего делать, открыла его. И вот, с первой же страницы не смогла оторваться, – так захватывающе он был написан, ничуть не хуже интересного детектива. Хозяином дневника оказался бывший студент одного из московских ВУЗОВ в период перестройки и частых бандитских разборок. Задолжав денег, он был вынужден спасать свою жизнь от нанятых кредитором бандитов побегом на Дальний Восток. В те времена ему посчастливилось встретить директора Сихотэ-Алинского заповедника, который так красиво описал местность, из которой он приехал, что нашему герою захотелось непременно попасть именно в этот заповедник.

И вот, воодушевленный собственным спасением и наполненный романтикой, он прибыл во Владивосток. Далее история умалчивает, почему из Владивостока в Терней он ехал автостопом, но вероятно это была его стратегическая ошибка. Каждый из водителей, довозивших его до очередного населенного пункта, удивлялся, как это его не предупредили, что наряду с красивыми местами, Приморский край, а в особенности, Тернейский район, населен жутким количеством тигров, и что не зря директор заповедника пригласил его на должность егеря, ведь местных егерей тигры уже съели. В итоге, добравшись до Тернея, молодой человек сообщил, что не готов стать лесником, чем немало удивил руководителя заповедника, а занялся компьютерным администрированием. Дальше его жизнь в Приморье была не менее интересной, позднее мне посчастливилось познакомиться с этим молодым человеком. В конечном итоге он влюбился в эти места и купил себе дом в Тернее, где до сих пор проводит много времени.

Это не просто занятная история, пришедшая в голову. Я часто ее вспоминаю, потому что побывала «в шкуре» этого молодого человека.

А случилось это в 2005 году, когда меня назначили начальником Даурской экспедиции Ботанического сада-института ДВО РАН. Задачей экспедиции было проведение ревизии постоянных пробных площадей в Сохондинском заповеднике Читинской области. По прибытии в Читу экспедиция разделилась на две группы, и до села Кыра, где расположена контора заповедника, мы – три хрупких девушки направлялись в сопровождении бравого водителя. Угадайте, что мы слышали от него на протяжении 400 километров дороги? Да, это были жуткие истории про медведей, которые в заповеднике питаются исключительно «научниками». Поэтому, прибыв в контору заповедника, я, как начальник отряда, первым делом потребовала от руководства выделить вооруженного егеря для сопровождения нашей группы. За двое суток, что добирались до стационара в горах с названием Верхний Буккукун, где предстояло проработать первую неделю, мы услышали столько историй про кровожадных медведей, что всерьез задумались, удастся ли нам живыми выбраться обратно. А ведь еще во Владивостоке нас предупредили коллеги, которые закладывали эти самые пробные площади 10 лет назад, что на одной из них жила медведица с медвежатами.

Тревожное состояние усилил «выделенный» егерь Григорий. Мало того, что он забыл спальник и продукты, как оказалось, ружье он тоже оставил дома! Мы поняли, что защиты от медведей теперь ждать неоткуда! Можно представить, что с нами творилось те три дня, которые мы провели при «надежном» сопровождении Григория. Медведи чудились повсюду, а по ночам казалось, что они пытаются влезть в окно таежной избушки или в дверь.

Перед нашим приездом браконьеры в отместку руководству заповедника сожгли капитальный дом стационара, предназначенный для научных сотрудников, которые периодически приезжают и работают на постоянных пробных площадях, проводят учеты зверей и птиц. Поэтому жить нам пришлось в стареньком зимовье, которое прежде было приспособлено под баньку.

Взяв оборону от медведей в собственные руки, мы с напарницей представляли себя чуть ли не героинями фильма «А зори здесь тихие». В ход пустили свистки и металлическую посуду, но больше всего, я думаю, хищников пугало наше громкое пение.


Н. Василенко и Л. Яковченко  Альбом: Биологи, биотехнологи


Надо сказать, что в ту поездку мне повезло с напарницей. Лидия Сергеевна Яковченко, начинающий лихенолог (специалист, изучающий лишайники), по совместительству оказалась отважным бойцом с медведями. В одну из ночей, приняв в темноте нашего Григория за хищного зверя, схватила его за роскошную копну волос и стала вытрясать из него душу, утром, собрав свою скромную поклажу, он сбежал от нас домой в село.

Дикие звери – не единственная опасность, с которой нам приходилось сталкиваться во время полевых сезонов в заповедниках. Были еще браконьеры, новые русские, депутаты и главы местных администраций – так называемые хозяева жизни. Я до сих пор не могу без смеха вспоминать историю, когда лесники попросили меня подежурить у шлагбаума, на въезде в заповедник и никого из посторонних не пускать. Как назло, после их ухода подъехала шикарная черная машина, пассажиры которой потребовали их пропустить. Я, в свою очередь, потребовала пропуск. Мужчина, удивленный тем, что я не признаю его в лицо и представившийся главой администрации района, сказал, что ему очень нужно срочно проехать. Но я стойко охраняла границу, заметив, что на нем не написано, будто он глава администрации. Так и не пустила. Гордая, рассказала егерям о своем героическом поступке, когда они вернулись. Егеря перепугались, прокляли и меня за излишнюю прямоту, и себя за то, что доверили ответственный пост.

Замечательно то, что темой моей диссертации стало изучение динамики растительности одного из старейших заповедников России. Каждый полевой сезон на протяжении нескольких лет, я приезжала туда вновь и вновь, в конце концов, став своим, почти родным человеком для его сотрудников. Они стали называть меня «наша», в каждый приезд в заповедник я узнавала о себе много нового, что со мной и не происходило.

А я так привязалась к этим местам и людям, с которыми довелось работать, что не смогу никогда забыть. Где бы я ни побывала, моим любимым местом все равно останется Сихотэ-Алинский заповедник, его горы, леса, и поселок Терней. Наверное, женщины более романтичны, чем мужчины и поэтому первый объект изучения и место исследований, как и свои первые сильные чувства, забыть не могут всю жизнь.

Каждый раз, когда я пересекаю мост через реку Джигитовку, у меня замирает сердце. Ну разве это не любовь?

Посещаю знакомые места, которые сильно изменились за прошедшие годы: где-то построили новый кордон, а старенький, в котором прожила целых три полевых сезона, стоит рядом полуразваленный, и так хочется вернуть ему былой гордый облик. За время работы я убеждалась не раз, что самые замечательные люди работают в заповедниках.

Студенты, узнав на первой лекции, что перед ними ботаник, не могут скрыть иронию и даже смех. Но когда расскажешь им об экспедициях, полевых исследованиях, местах в которых побывала, удивительных явлениях природы, которые наблюдала, видишь, что часть аудитории (даже если слушатели – будущие транспортники или экономисты) уже готова стать ботаниками и разделить с тобой ближайший полевой сезон.

Особой популярностью пользуются истории про удивительные и невероятные факты из экспедиционной жизни. Например, о том, как ботаникам удается в буквальном смысле наколдовать хорошую погоду, чтобы вовремя завершить работу. Невозможно не поверить, когда это происходит с тобой. Как-то раз мы заехали на место работы, и три дня подряд из-за непогоды никак не могли приступить к переописанию пробных площадей. Каждое утро было ясным и солнечным. Но как только мы приходили на место и приступали к работе, начинался ливень. Стоило добежать обратно до избушки, – вновь выходило солнце, и начиналась жуткая жара. Такое издевательство продолжалось три дня, пока нас сопровождал егерь Григорий. Сменивший его Игорь, увидев, как мы мучаемся с погодой, спросил, поклонились ли мы батюшке Сохондо (главной горе заповедника)? Получив отрицательный ответ, сказал, что все с нами ясно, и не видать нам хорошей погоды. Затем, сжалившись над бедными ботаниками, провел нас к священной горе Сохондо просить у здешнего Бурхана хорошей погоды.

Пока мы шли к шаманскому кругу на вершине гольца Цаган-Ула, на нас надвигалась огромная черная туча. В конце концов, пришлось практически бежать на вершину, в надежде успеть до дождя обратиться к Бурхану.

Самое удивительное – мы успели. Как только забрались на вершину и прошли по кругу, туча миновала нас стороной, не проронив ни капли воды.

После этого все остальные дни с утра до вечера светило солнце. Вообще, с такими вот удивительными вещами можно столкнуться и в повседневной жизни! Но в дикой природе их лучше замечаешь.

Изучая всем известные процессы и явления, осознаешь, как мы еще далеки от понимания истины. Как много необычного скрывается, в, казалось бы, рядовых явлениях и ошибочного – в признанных закономерностях! Природу невозможно постичь, объяснив происходящие в ней явления только математическими формулами. Ее нужно прочувствовать, ведь никакое описание различными математическими функциями не сможет разъяснить законы природы, которые создают и поддерживают в ней гармонию.

Сейчас в современной науке экологии очень большое внимание уделяется понятию информации. Живая система – это не просто набор слагающих ее элементов. Без организованности, слаженности поведения частей, которая измеряется количеством информации, без свободной энергии жизнь любой системы немыслима. Как и в организме человека, в любой системе есть нематериальная компонента – организованность и нечто духовное, что эту организованность поддерживает в мире хаоса.

Вообще, занимаясь вопросами самоорганизации лесных сообществ, очень часто убеждаюсь, что моя жизнь так похожа на жизнь моих любимых древесных ценозов. Она, как жизнь любого человека, представляет собой череду периодов неопределенности, которые называются в теории самоорганизации хаосом, сменяемых состоянием упорядоченности или временного покоя. Но какой бы упорядоченной ни была жизнь системы, творческий хаос в ней должен присутствовать, – это необходимо для ее дальнейшего развития. Организованность рождается из хаоса! Не будет в системе элемента хаотичности – она не сможет развиваться.

Очень часто молодым ученым, приходится сталкиваться с критикой. Элберт Хаббард говорил: «Хочешь избежать критики – ничего не делай, ничего не говори и будь никем». Для ученого такой совет не приемлем. А последствием может быть ситуация, когда чье-то субъективное мнение ломает карьеру, даже судьбу исследователя! Мне больше импонируют принципы зарубежных коллег, которые строго следуют нормам научной этики. Не согласный с твоим мнением, не будет поступать так, как случается у нас: «Не можешь атаковать мысль, атакуй мыслителя».

За каждой серьезной научной работой стоят годы напряженного физического и умственного труда. Но не одних только маститых ученых. Как верно заметил доктор философских наук профессор Анатолий Константинович Сухотин: «…не последнее слово в науке произнесли... дилетанты». Дилетанты в науке (а молодой ученый и есть дилетант) – это, возможно, как раз тот хаос, благодаря которому развивается наука. В этом главный парадокс познания!

Наталья ВАСИЛЕНКО,
заведующий лабораторией экспериментальной фитоценологии
Ботанического сада-института ДВО РАН, кандидат биологических наук


Альбом: Биологи, биотехнологи



Альбом: Биологи, биотехнологи



Альбом: Биологи, биотехнологи



Альбом: Биологи, биотехнологи



Альбом: Биологи, биотехнологи



Альбом: Биологи, биотехнологи



Альбом: Биологи, биотехнологи



Альбом: Биологи, биотехнологи



Альбом: Биологи, биотехнологи


суббота, 23 января 2010 г.

"Нестандартный" Машталяр


Дм. Машталяр  Альбом: Химики
В только что ушедшем году научный сотрудник лаборатории нестационарных поверхностных процессов Института химии ДВО РАН кандидат технических наук Дмитрий МАШТАЛЯР получил премию имени В.Т. Быкова и грант президента России на проведение научных исследований. Перспективный, контактный, доброжелательный, надежный, – говорят о нем коллеги.

Совсем недавно Дмитрий Машталяр вернулся из Москвы, побывав на Форуме победителей «Прорыв». В нем приняли участие свыше 20 тысяч молодых людей, добившихся успехов на российских и международных олимпиадах, конкурсах, чтениях, конференциях, соревнованиях и удостоившиеся встречи с президентом России Д.А. Медведевым.

От Дальневосточного отделения РАН на Форум пригласили пять молодых научных сотрудников. Химическую науку представлял только один – Дмитрий. Это говорит о многом.

Дмитрий Машталяр может иллюстрировать собой пример нестандартного пути в химию. Исторически так сложилось, что в научной сфере Института, как правило, работают химики и физики. Подбор кадров определяется направлениями научных исследований, закрепленными за институтом. Как директор-организатор Института химии член-корреспондент АН СССР Ю.В. Гагаринский, так и нынешний директор академик РАН В.И. Сергиенко многое сделали для развития физических методов исследования веществ, необходимых при создании новых материалов с уникальными свойствами. Ситуация с Дмитрием немного другая. Полученная им специальность, на первый взгляд, не очень-то подходит для занятий химией. Но это только на первый взгляд.


Дм. Машталяр выступает на конференции в ИАПУ ДВО РАН. 2004 г. Альбом: Химики


Дмитрий окончил кафедру морской технологии и энергетики Кораблестроительного института Дальневосточного государственного технического университета.

По словам Сергея Васильевича Гнеденкова, заместителя директора по научной работе Института химии ДВО РАН, доктора химических наук, профессора и научного руководителя Дмитрия, выражение Мишеля Монтеня «Мозг, хорошо устроенный, стоит больше, чем мозг, хорошо заполненный» очень удачно подходит к Машталяру.


Слева направо: Дм. Машталяр, С.В. Гнеденков, С.Л. Синебрюхов  Альбом: Химики


Дмитрий заинтересовался научной работой, будучи ещё студентом четвертого курса. Пробудили этот интерес лекции Сергея Васильевича Гнеденкова и кандидата химических наук, доцента Сергея Леонидовича Синебрюхова. Дмитрий участвовал в проведении исследований в лаборатории С.В. Гнеденкова, там же подготовил и на отлично защитил дипломную работу. Он был одним из лучших студентов, но когда Сергей Васильевич предложил ему продолжить учебу в аспирантуре Института химии, согласился не сразу. Не так представлял свою дальнейшую жизнь. Предполагал работу по узкой специальности с достойной оплатой и карьерным ростом. Подумал, взвесил все «за» и «против», и… через месяц согласился. Стремление заниматься творческой работой оказалось сильнее надежд на высокие заработки. Но главное, что перевесило чашу весов, – вера в свои силы. Вот такой осмысленный подход сложившейся личности к выбору дальнейшего жизненного пути.


Выступление на конкурсе молодых ученых Института химии. 2005 г.  Альбом: Химики


К настоящему времени он уже защитил кандидатскую диссертацию и активно расширяет поле приложения своих сил, знаний, «двигаясь в направлении» старшего научного сотрудника. Будучи большим по росту и весу, становится таковым и по научной значимости. Пишет статьи, руководит небольшим молодежным коллективом, готовит отчеты, ровно и неуклонно растет как профессионал. В лаборатории он (по возрасту и по своим научным достижениям) – связующее звено между авторитетными учеными и научной молодежью. Активно осваивает метод локальной импедансной спектроскопии – один из новейших в современной электрохимии, позволяющий просканировать и детально, с высоким разрешением исследовать поверхность изучаемого объекта.

Дмитрий, как руководитель небольшого молодежного научного коллектива, получил грант президента России на проведение научных исследований. Тот, кто получал гранты, знает, что это не просто. Нужно подготовить и подать заявку, которая должна быть высоко оценена компетентной комиссией. При положительном решении исследовательской группе открывается финансирование в течение двух лет в размере 600 тысяч рублей. Это почетно, но еще и ответственно. Руководитель должен вовремя представить отчет, опубликовать статьи. И Дмитрий справляется. Иначе – «ни папахи, ни сабли новой» в будущем не светит.

Еще одно его достижение – получение премии выдающегося ученого химика – Всеволода Тихоновича Быкова. Заявки на награждение ученых этой премией приходят из многих институтов Дальневосточного отделения РАН и вузов Дальневосточного федерального округа. Конкурсная комиссия пришла к выводу, что именно молодой исследователь Дмитрий Машталяр больше других соответствует требованиям, предъявляемым к соискателю премии.

Дмитрий – комфортный, деликатный человек, что важно для работы в коллективе. Пример Машталяра опровергает мнение руководителей, которые считают не особенно важными для ученого личностные качества, главное, – чтобы был профессионалом. Очевидно, что коллектив добрых, но недалеких людей провалит любую научно-исследовательскую работу. Мы говорим о группе профессионалов-единомышленников, сплоченных вокруг перспективной идеи. Хороший психологический контакт в ней синергетически увеличивает возможности и научную продуктивность индивидуальных исследователей. Именно в таких объединениях проводятся самые успешные исследования, которые дают начало прорывным направлениям в науке.



Победители конкурса молодых ученых Института химии с председателем жюри д.х.н. В.Е. Карасевым. Во втором ряду второй слева Дм. Машталяр  Альбом: Химики


Дмитрий – человек команды: находит общий язык со старшими сотрудниками, ведет за собой молодежь, опекает ее, подсказывает, учит. Учить есть кого. Лаборатория, по кадровому составу, одна из наиболее молодых в институте. Двое молодых ученых в ближайшее время планируют защиту кандидатских диссертаций, успешно проходят обучение трое аспирантов, есть студенты и даже один школьник. Дмитрий находит время и для преподавательской работы, ведет студентов-дипломников.

А еще хочется отметить такие его черты как основательность и надежность. Проявляются они не только в научной деятельности. Например, приходит новое оборудование, и нужно задержаться допоздна, чтобы помочь его разгрузить. Дмитрий и тут свое крепкое плечо подставит. Никто никогда не слышал от него, что он не может, устал и вообще – пора уходить домой, потому что рабочий день давно закончился.


Химики на субботнике  Альбом: Химики


Работа–дом–работа–дом, так проходят его будни. Отдыхать предпочитает, занимаясь игровыми видами спорта. Любит бывать наедине с природой. Летом с группой друзей выбирается подальше от цивилизации пожить недельку другую в палатках на берегу Ханки или у моря.

Так о Дмитрии рассказывали мне в Институте химии. Интересный человек, правда? Я решила задать несколько вопросов ему самому.

– Дмитрий, согласитесь, что термин «импедансная спектроскопия» звучит не очень-то по-химически?

– Не соглашусь! Вы пропустили в этом сочетании первое важное слово – «электрохимическая», которое сразу же ориентирует непросвещенного слушателя в направлении потенциальной востребованности импедансной спектроскопии. Сущность указанного метода состоит в подаче возмущающего электрического синусоидального сигнала малой амплитуды на исследуемую систему и изучении вызванного им сигнала-отклика. Импедансная спектроскопия применяется для исследования границ раздела электрод/электролит, диэлектрических и транспортных свойств материалов, установления механизма электрохимических реакций, исследования свойств пористых электродов, пассивных поверхностей и топливных элементов, оценки состояния электрохимических батарей и сплошности полимерных покрытий. Как видите – это химические задачи. А методы, которые исследователи привлекают для их решения, могут быть самыми разными и зависят от квалификации ученых, их опыта, предпочтений, материальной базы лаборатории, в конце концов.

– Хорошо, звучит убедительно. Тогда поясните, пожалуйста, каким путем дипломированный морской инженер судовых энергетических установок, выпускник Морского (ныне Кораблестроительного) института Дальневосточного государственного технического университета пришел к занятиям химией? На мой взгляд, эти сферы деятельности не пересекаются.

– Давайте вместе убедимся, что эти сферы деятельности не столь далеки, как может показаться при первом рассмотрении. Не секрет, что судовые энергетические установки нуждаются в соответствующей антикоррозионной защите. В узлах установок широко используются оксидные гетероструктуры на металлах и сплавах. Интерес к ним обусловлен, прежде всего, их антикоррозионными, антифрикционными, износостойкими, антинакипными и другими функциональными свойствами. Различные способы формирования таких покрытий позволяют варьированием состава и структуры поверхностных слоев в различной степени изменять их эксплуатационные свойства. Одним из способов формирования гетерослоев на титане является метод плазменного электролитического оксидирования. Покрытия, сформированные этим методом, благодаря специфическим полупроводниковым свойствам существенно снижают интенсивность гальванической коррозии стали при контакте с титаном в морской воде. Механизм же переноса заряда на границе раздела оксид/электролит, рассматриваемый во взаимосвязи с составом, полупроводниковыми свойствами, морфологическими особенностями (пористостью, разветвленностью поверхности и другими) поверхностных слоев, изучен недостаточно, а это приводит к сужению рамок направленного синтеза защитных слоев. Для его понимания целесообразно использовать электрохимическую импедансную спектроскопию. Метод оказался очень информативным для решения подобных задач. Как видите, путь от эксплуатации судовых энергетических установок к занятиям химией не такой уж длинный, как может показаться на первый взгляд.

– Дмитрий, о Вас хорошо отзывается научный руководитель, коллеги, Вы побеждаете в конкурсах, получаете гранты, премии… Голова не кружится?

– Я с детства люблю спорт. Мне по душе не шахматы, а командные виды – волейбол, баскетбол, в которых один в поле не воин. Я точно знаю, что мои успехи в науке – не только моя заслуга. Мне повезло с учителями, которые заразили своим интересом к научным исследованиям, поверили в меня и поддержали мою уверенность в том, что занятия наукой мне по плечу.



С.Л. Синебрюхов, Дм. Машталяр, С.В. Гнеденков  Альбом: Химики


Время одиночек в науке прошло. Сейчас успеха добивается группа, и я рад, что меня окружают талантливые коллеги, которые работают со мной рядом, поддержку которых я ежедневно ощущаю. В первую очередь – сотрудники нашей лаборатории, но также коллеги из других лабораторий участвуют в решении научных проблем, поставленных нами.

Если говорить о научном сотрудничестве, то мы не ограничиваемся стенами Института химии. Например, композиционные полимерсодержащие покрытия, сформированные плазменным электролитическим оксидированием с последующим нанесением на них нанодисперсных частиц политетрафторэтилена, мы исследуем в содружестве с лабораторией фторидных материалов нашего института. Коллеги из Института металлургии и материаловедения им. А.А. Байкова РАН предложили модифицировать наши покрытия синтезированными ими наночастицами карбида вольфрама, оксида алюминия, что позволило значительно изменить, например, твердость, износоустойчивость, другие механические свойства поверхностных слоев и, соответственно, расширить область применения материалов. Но и это не все. Мы успешно сотрудничаем еще и с институтами высокотемпературной электрохимии Уральского отделения, физики прочности и материаловедения Сибирского отделения РАН.

Я вместе с коллегами участвую в общей работе, не порхаю в облаках, а крепко стою на земле, и голова моя не кружится.

– Как победитель конкурса на соискание гранта президента России на проведение научных исследований, в декабре Вы участвовали в Форуме победителей «Прорыв». Расскажите о своих впечатлениях.

– Подобного мероприятия раньше не проводилось. В стране завершался год молодежи, и на спорткомплексе «Олимпийский» собрали молодых людей в возрасте от 14 до 30 лет. Среди них победители всероссийских и международных учебных, инновационных, профессиональных, творческих конкурсов, успешные предприниматели, обладатели государственных наград Российской Федерации, представители элиты российского спорта. В общем, те, кто вошел в «Перечень категорий молодежи по социально одобряемым областям деятельности». Награждения премией «Прорыв» – за успехи в профессии, спорте и бизнесе, за вклад в развитие культуры, выступление президента России Д.А. Медведева – все было очень красочно и отлично организовано. Президент сказал правильные слова об «умной» экономике, и что ей должно соответствовать государство. Он упомянул, что должна меняться политическая система, экономика, наши демократические институты и что требования к этим переменам должны предъявлять молодые.

Парадное мероприятие, концерт – это хорошо. Но раз сказано «Форум», ожидаешь встретить обмен мнениями, предложения со стороны участников, дискуссии, контакты и многое другое. Этого не было, к сожалению. Многие участники Форума – совсем дети и по сравнению с ними, я чувствовал себя умудренным опытом человеком. Наверное, потому и настроился на серьезный лад. Уверен, что молодежь имеет право и должна сама обдумывать и строить свою жизнь. Надеюсь, что в будущем так и произойдет.

В Институте химии хорошие все молодые ученые, ни о ком не скажешь плохого слова… Как и в любом коллективе здесь есть лидеры, за которыми идут. Машталяр – один из них.

суббота, 9 января 2010 г.

«Бизнес-ангелы», где вы?

«Я недавно в Послании, когда выступал, говорил о том, что мы обязаны поднять страну на принципиально новую ступень развития, на более высокую ступень развития нашего общества, и основной, конечно, здесь рычаг – это модернизация, причём речь идёт, конечно, о модернизации, по сути, всей нашей жизни. Но если говорить о технологической модернизации, то она, прежде всего, должна ориентироваться на использование инноваций. Тема для нашей страны такая же вечная, потому что мы об этом говорим уже, наверное, последние лет пятнадцать, однако каких-то вдохновляющих успехов, если говорить откровенно, не добились.
Перепробовали массу самых разных рецептов, различные организационно-правовые формы, использовали новые законы для этого, обсуждали в различных форматах, но, если говорить откровенно, пока ничего существенного не совершили с точки зрения внедрения инноваций в обычную, повседневную практику создания основ инновационной экономики – при том, что у нас, конечно, очень много прекрасных исследований и блестящих открытий. Тот разрыв, который существовал между стадией исследовательских работ и их коммерциализацией, их внедрением в прикладную сферу, к сожалению, пока остается. И это, как мне представляется, должна быть тема для обсуждения.»
(Стенографический отчёт о встрече с Президента России Дмитрия Медведева с руководством Российской академии наук и представителями научного сообщества http://news.kremlin.ru/transcripts/6344)

О проблемах инновационной деятельности мы беседуем с Юрием Николаевичем КУЛЬЧИНЫМ, членом-корреспондентом РАН, заместителем председателя ДВО РАН, директором ИАПУ ДВО РАН.

 
Ю.Н. Кульчин

– Юрий Николаевич, 25 ноября 2009 года, в Госдуме, глава Министерства экономического развития (МЭР) Эльвира Набиуллина, в частности, заявила, что «фундаментальные исследования нередко превращаются в непродуктивное использование государственных средств, а РОСНАНО и РВК «буксуют», не в силах найти необходимое количество проектов в стране. В итоге, для того, чтобы использовать выделенные им средства, они вынуждены (в частности, РОСНАНО) искать проекты за рубежом и хотя бы в виде сборочных производств перемещать их в Россию».

Разве можно на этом пути построить собственную инновационную экономику»?

– Государственные структуры просто идут по «проторенному» пути. Реальная стоимость венчурных компаний создается на Западе (надстройка внепроизводственного цикла), а производственный цикл (да и то не у всех) находится в России. Основные рынки конечного потребителя тоже на Западе. Можно с высокой вероятностью предполагать, что значительная часть средств, сконцентрированных государственными институтами развития, пойдет за границу. То есть, будут покупаться западные венчурные компании и технологии. Плохо, что не российские. Но будет еще хуже, если эти структуры станут каналом перекачки в Россию устаревших западных технологий, поскольку консультировать по выбору таких зарубежных технологий будут западные фонды. Те рубли, которые дойдут до внутреннего рынка, окажутся под управлением у малоопытных команд.
Для того чтобы заложить в России основы инновационной экономики, а именно такую задачу ставит президент страны, нужна соответствующая инфраструктура. Практически все ее необходимые элементы есть, но они разрозненны, их масштабы несопоставимы друг с другом, а нередко, и с потребностями экономики.


– А что можете сказать о низкой эффективности расходов на фундаментальные исследования?

– Не согласен с такой оценкой. Стадия генерации идей, НИОКР находятся в удовлетворительном состоянии, а вот при создании рабочего прототипа, подготовке серийного производства и запуска продукта на рынок часто возникают непреодолимые препятствия. Можно сказать, что в цепочке инновационной экономики у нас почти полностью отсутствует звено, ответственное за преобразование идей в продаваемые товары и услуги. Это тот блок, где должны активно работать посевные фонды, бизнес – ангелы, встреча с которыми сейчас не более вероятна, чем встреча с настоящими ангелами, а также другие структуры поддержки. К сожалению, пока что не срабатывает механизм передачи проектов от одного института развития в другой.
Что касается слабых мест НИОКР, они есть. Например, не спешит частный капитал вкладывать в науку и понятно почему – уж очень высок риск невозврата вложенных средств. Специалистам известно как направить деньги бизнеса в науку: следует применять административные и рыночные рычаги воздействия на ситуацию. Среди них: законодательное стимулирование, налоговые льготы, техническое регулирование и стандартизация, стимулирование спроса на инновационные компании, продукты, услуги и многие другие меры, которые весьма эффективно применяются в передовых и быстро развивающихся странах.
Напротив, от передовой части государственной промышленности даже сегодня есть запрос на результаты фундаментальных исследований. Например, появилась потребность в очистке кубовых остатков атомных электростанций, жидких радиоактивных отходов атомных подводных лодок и береговых хранилищ ВМФ. В ответ ДВО РАН проведены НИОКР, создано производство наноструктурированных высокоэффективных сорбционно-реагентных материалов для очистки жидких радиоактивных отходов. Подобные примеры можно продолжить.

 
 Ю.Н. Кульчин

– Велика ли пропасть между фундаментальной и прикладной наукой?

– Как правило, приступая к решению прикладной задачи, мы считаем, что наших базовых, фундаментальных знаний достаточно для того, чтобы ее решить. В реальности ни фундаментальная, ни прикладная науки никогда не встречаются в чистом виде и фундаментальной можно назвать проблему, в которой велика доля нового, неизвестного знания, а прикладной – ту, в которой неизвестного значительно меньше.
Существуют государственные задачи и проблемы: общедоступная медицина, оборона, энергосбережение, освоение космоса и так далее. Заказчиком таких работ должно быть государство. Основным заказчиком прикладных исследований должен стать бизнес, выросший до понимания, с какой целью он финансирует работу и каким образом получит прибыль от ее практического использования.
Конечной целью прикладной разработки является не отчет или статья, а практическое применение. Поэтому ситуация, когда в ходе решения прикладной задачи исполнители сталкиваются с фундаментальной проблемой, оказывается нежелательной с точки зрения инвестора. Она не позволяет достигнуть конечной цели в установленные сроки и выделенный бюджет проекта.
В организационном плане фундаментальная и прикладная науки не являются последовательными стадиями одного процесса. Это разные сферы человеческой деятельности и разные экономики. Поэтому мы создали в ДВО РАН программу поддержки инновационных проектов, главная цель которой – доведение результатов прикладной работы до коммерчески понятного результата. Сегодня при институтах ДВО РАН созданы и успешно работают 15 инженерно-технологических структур, поддерживающих их прикладную деятельность.


– Работы хватает для всех?

– Конечно. В активе институтов ДВО РАН имеются 321 завершенная научная разработка, подано 456 заявок на получение охранных документов на интеллектуальную собственность. Уже получено 535 охранных документов на объекты интеллектуальной собственности. Действует Программа поддержки инновационных проектов ДВО РАН. Она помогла выявить существенные проблемы. В основе большинства инновационных разработок, которые реализуются сейчас, лежат научные заделы конца 90-х годов прошлого столетия. Сегодня практика такова, что путь от разработки новых технологий до создания производства на их основе долог. Сократить этот период можно за счет привлечения дополнительных финансовых ресурсов. Но средств, выделяемых на инновационные проекты, обычно хватает только на заработную плату исполнителям. Поэтому многие перспективные разработки так и не вырастают в реальные инвестиционные проекты.

– Значит, нужно привлекать финансовые ресурсы из других источников?

– Привлекаем. Активно работаем с Государственным фондом поддержки малых форм предпринимательства в научно-технической сфере. В частности, в рамках наиболее популярной из его программ «Старт» по финансированию инновационных проектов, находящихся на начальной стадии развития («посевное» финансирование), в Дальневосточном федеральном округе было создано свыше 150 малых инновационных предприятий. В ДВО РАН достаточно перспективных разработок, поэтому наши проекты успешно проходят экспертизу и получают государственную поддержку. Но привлечь стороннего инвестора или «накопить собственный жирок» за год жизни за государственный счет им, как правило, не удается. Поэтому доля выживших предприятий в ДВФО не превышает семи процентов.

 
 Ю.Н. Кульчин


– Крупному бизнесу не интересны эти еще слабые ростки будущего «денежного дерева»?

– Нет у нас развитого бизнеса, готового вкладывать в технологические инновации. Он, даже крупный, еще не достиг той стадии, когда поддержка инновационных проектов становится главным ресурсом развития. Крупнейшие компании тратят на инновации меньше полпроцента, что сопоставимо с тратами на «корпоративы». Сейчас инвестиции в технологические инновации не могут конкурировать с вложением средств в менее рискованные проекты.

– Как же быть? Каким образом еще неоперившийся инновационный малый бизнес может «подняться с колен»?

– Понятно, почему так высока смертность среди вновь создаваемых малых инновационных предприятий (МИП). Из причин можно назвать следующие: отсутствие слаженной команды специалистов, недостаток опыта коммерциализации научных разработок, недостаточная проработанность внедряемых технологий, отсутствие заинтересованности государственных учреждений в создании и функционировании МИП, поскольку хлопот с ними много, а экономический результат пока невысок.
Птенец уже выпорхнул из гнезда материнской организации, а летать, как оказалось, еще не научился.
Пригодился бы «инновационный лифт», да нет его. Отсутствие инфраструктуры, соответствующей региональной политики, не позволяет реализовать высокий потенциал научных разработок. Без этого бессмысленно ждать от ДВО РАН или университетов, что они предложат универсальный рецепт подъема экономики в регионе. Но вот если правительства или администрации субъектов федерации в Дальневосточном Федеральном округе при помощи научного сообщества сумеют сформулировать приоритетные направления развития  их экономик и конкретизируют перечень критических технологий, которые будут способствовать их решению, то это явится существенной отправной точкой для инновационного подъема экономики.

 
Осмотр экспозиции Приморской венчурной ярмарки. В центре Ю.Н. Кульчин, слева: Г.И. Лазарев (ректор ВГУЭС), А.И. Костенко (первый вице-губернатор Приморского края), В.В. Горчаков (спикер Думы Приморского края)


– Усилия администрации Приморского края, его Законодательного Собрания, проявившиеся в принятии закона об инновационной деятельности, организации Приморской венчурной ярмарки позволяют надеяться, что происходит движение в верном направлении?

– Конечно, нужно принимать правильные законы, но важнее добиться, чтобы они работали.
Администрация Приморского края в своем распоряжении «О подготовке и проведении Приморской венчурной ярмарки «Приморье – инновационный терминал России в АТЭС»» определила целью ее проведения придание экономике края инновационных параметров развития, повышение эффективности реализации важнейших инвестиционных проектов и развитие венчурной индустрии. 

 
Церемония открытия Приморской венчурной ярмарки 

Ярмарка позволяет решать целый ряд задач, в числе которых: привлечение молодежи к научно-исследовательской деятельности и техническому творчеству; пропаганда интеллектуальных достижений специалистов научно-технической сферы; содействие использованию интеллектуального потенциала в решении научно-технических и социально-экономических задач региона. Неудивительно, что ДВО РАН стало активным ее участником. Из 132 проектов, представленных на Ярмарке, – 52 были наши. Среди них 19 – победители, завоевавшие половину всех призовых мест. Нам есть чем гордиться!

 
 к.б.н. С.И. Масленников знает как произвести гребешка по цене курятины

 
д.т.н. А.А. Юдаков рассказывает о секретах получения чистой воды 



Альбом: Инновации и инноваторы

С.Л. Соботович демонстрирует устройство, которое поможет быть бодрым и здоровым 


Но не все получилось так, как хотели организаторы. Исполнительная дирекция Российской ассоциации прямого и венчурного инвестирования приняла решение прекратить работу по подготовке и проведению Ярмарки и вышла из состава организационного комитета. Не приехал руководитель Российской венчурной компании (РВК). Замечу, что РВК, уставный капитал которой превышает 28 миллиардов рублей, предназначена для формирования в нашей стране индустрии венчурных инвестиций, которая, собственно, призвана обеспечить механизм финансирования инноваций.

– Юрий Николаевич, руководство РВК утверждает, что «в нашей стране оказалось на удивление мало проектов, доведенных до уровня компаний, интересных венчурным фондам». Почему же они не искали на нашей Ярмарке, где, безусловно, были интересные проекты?

– Это вопрос к ним.
По мнению РВК венчурный фонд должен инвестировать не в проект, а в компанию. Это не обязательно безубыточное производство, но это предприятие, у которого уже есть бизнес-план, понимание стратегии развития, продуктового позиционирования, бизнес-модели. МИП может еще не зарабатывать реальных денег, а пока что работать себе в убыток. Может только начать или предполагать начать продажи, но там уже должна быть сформирована команда, понимание модели бизнеса – в общем, целый набор условий. Тогда проект становится интересен венчурному фонду. Так устроен бизнес.
Посмотрите с этих позиций на проекты, представленные на Ярмарке, и Вам станет ясно, есть ли у венчурного капиталиста возможность оценить свои риски и то, какой можно получить возврат инвестиций? Так что давайте продолжать работу с нашими проектами, «упаковывать» их подходящими командами. Недавно РВК, совместно с Фондом содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере, запустили Фонд посевных инвестиций, уставный капитал, которого составляет 2 миллиарда рублей. Начат прием заявок от желающих стать венчурными партнерами фонда. Важно не оставлять попыток наладить сотрудничество с ними. Я надеюсь, что венчурное инвестирование может стать инструментом инновационного развития региональной экономики.

 
 Ю.Н. Кульчин подводит итоги Приморской венчурной ярмарки

Ресурсный этап развития экономики Дальнего Востока, когда развитие шло за счет эксплуатации минеральных и биологических запасов территории, практически исчерпал свой потенциал, выйдя на насыщение. Дальнейший прогресс развития экономики ДВФО в современных условиях может быть достигнут только за счет освоения ресурсов шельфа и использования наукоемких технологий, основанных на последних достижениях науки и техники.
Дальневосточный регион обладает ограниченным человеческим ресурсом. Его экономика не в силах противостоять политике низких цен на рынке, которую выстраивают «Азиатские тигры». Мы должны предложить рынку инновационные товары и услуги, уникальные передовые изделия высочайшего качества. Эта задача решаема, но для достижения успеха потребуется слаженная работа всех институтов развития. И еще. В науке и в бизнесе надо дать людям возможность делать то, что им нравится.

Беседовал Александр КУЛИКОВ,
директор НП «Высокие технологии»,
г. Владивосток

пятница, 1 января 2010 г.

Новый уровень сотрудничества с Вьетнамом

Опубликовано с любезного разрешения автора А.И. Обжирова 
 
 
 Анатолий Иванович Обжиров

В последнюю четверть прошлого века, когда в Южно-Китайском море выполнялись комплексные (океанологические, биологические, геологические, геофизические и другие) исследования, основной объем работ проводился на акватории вблизи Вьетнама. В этот период морские экспедиции организовывались нашими институтами и финансировались за счет средств Советского государства. Многие экспедиции организовывал Тихоокеанский океанологический институт ДВНЦ АН СССР. Я участвовал в трех рейсах: на НИС «Александр Несмеянов» (в 1983 году), «Морской геофизик» (1988) и «Профессор Богоров» (1995).
В этих исследованиях участвовали и вьетнамские ученые. В геолого-геофизических экспедициях закладывалась основа изучения геологического строения привьетнамской части Южно-Китайского моря (сейчас эта часть моря называется вьетнамцами Вьетнамским морем), которая способствовала пониманию структурно-тектонического строения дна Вьетнамского моря и открытию залежей углеводородов.
Я с группой сотрудников лаборатории газогеохимии ТОИ в экспедициях изучал распределение природных газов в воде и донных осадках. На основе обнаружения полей аномальных концентраций метана, тяжелых углеводородов, углекислого газа в этих средах выполнялись прогнозы перспективности площадей на открытие залежей углеводородов. Позднее трест «Дальморгеофизразведка» из Южно-Сахалинска провел геофизические и буровые работы и открыл месторождения нефти и газа на шельфе южной части Вьетнамского моря (Меконгская впадина и другие структуры), которые в настоящее время активно разрабатываются, и дают около 15-17 миллионов тонн нефти ежегодно.


 Живописные острова у побережья Вьетнамского моря

Я немного затронул историю сотрудничества с Вьетнамом, чтобы показать значимость научных связей в прошлом, до распада Советского Союза. Сразу отмечу, что вьетнамцы не только в те времена были очень благодарны нашим ученым за исследования, учебу их кадров, за товарищескую помощь. Вьетнам – одна из стран, которые при всех перипетиях новейшей истории после развала Советского Союза, сохранили добрые чувства к нам за научную, экономическую и военную помощь.
Времена нашей перестройки ослабили связи с Вьетнамом. Но в последние годы торгово-экономическое и научно-техническое сотрудничество с Вьетнамом заметно активизировалось. Заинтересованность в совместной работе с нами проявили следующие авторитетные организации: Министерство природных ресурсов и экологии, Администрация морей и островов и Вьетнамская академия наук и технологий. Министерство ставит задачи, Администрация координирует финансирование проектов, направленных на решение задач, поставленных ими и Академией наук. Не остались в стороне бизнесмены. Упомяну о нефтедобывающей российско-вьетнамской компании ВьетПетро.
Сначала, в 2008-2009 годах к нам в институт приехали вьетнамские делегации из Администрации и из Академии наук. В результате переговоров были подготовлены меморандумы сотрудничества по выполнению комплекса океанологических, геологических, геофизических, газогеохимических, гидроакустических и других исследований, а также отдельные Соглашения в рамках Меморандума по сотрудничеству в проектах конкретных направлений.
В мае этого года делегация ТОИ ДВО РАН во главе с директором, академиком В.А. Акуличевым, посетила Институт морской геологии и геофизики Вьетнамской Академии наук и технологий в Ханое. На встрече были уточнены планы и программы сотрудничества между нашими институтами. В том числе была предложена представившая взаимный интерес современная форма сотрудничества – создание международной Российско-Вьетнамской лаборатории.
Нынешней осенью Вьетнамская Администрация морей и островов пригласила российскую сторону для обсуждения конкретного плана совместных исследований в геолого-геофизическом направлении. Делегация ТОИ ДВО РАН была представлена в составе: А.И. Обжиров, заведующий отделом геологии и геофизики, В.М. Никифоров, заведующий лабораторией электромагнитных полей, В.Н. Карнаух, заведующий лабораторией сейсмических исследований и С.М. Клушин, заведующий международным отделом. Мы посетили Администрацию морей и островов в Ханое с 20 по 27 ноября и провели важные переговоры.

 
 Делегация ТОИ в Администрации морей и островов Вьетнама. В центре – профессор Кы, слева от него профессор А.И. Обжиров.

В первый день состоялась встреча с руководством Администрации, в том числе с ее директором профессором Ван Кы. Мы выступили с докладами по направлениям исследований. Я кратко познакомил вьетнамских коллег с научными задачами, решаемыми нашим институтом и, в частности, отделом геологии и геофизики, а затем рассказал об открытии газогидратов в Охотском море. В.М. Никифоров сделал доклад по электромагнитным исследованиям и использовании магнитно-телурического зондирования для изучения глубинных ослабленных зон с газо-флюидо-потоками к поверхности. В.Н. Карнаух в своем выступлении проиллюстрировал возможности метода сейсмического профилирования на примере Охотского моря. Затем вьетнамская сторона познакомила нас с проблемами, стоящими перед Администрацией, координацией задач, взаимодействием с Министерством и Академией наук. Было подчеркнуто, что Администрация желает сотрудничать с ТОИ по всему комплексу исследований. На ближайшие, 2010-2011 годы, Министерство поставило перед ними задачу – открыть газогидраты во Вьетнамском море.
В конце первого дня нашей встречи директор Администрации – профессор Ван Кы сообщил, что дальнейшее обсуждение он поручает директору отдела морской геологии и центра по минеральным ресурсам Администрации доктору Шон. Три дня мы готовили план совместных работ по геологии и геофизике, обсуждали возможные пути поиска газогидратов во Вьетнамском море. В процессе обсуждения мы представили вьетнамским коллегам некоторые геологические, газогеохимические, гидроакустические и геофизические материалы площадей в Охотском море, где нами были открыты газогидраты, и проиллюстрировали методы, позволившие добиться успеха. Они, в свою очередь, представили серию сейсмических разрезов, которые были выполнены нефтяниками при поисках месторождений нефти и газа в восточной и юго-восточной части шельфа и склона Вьетнамского моря. Информативность записей показала их высокий профессиональный уровень. В процессе их просмотра и обсуждения стало ясно, что геологическое строение этих районов Вьетнамского моря очень похоже на геологию Охотского моря. Имеются: мощная осадочная толща, зоны разломов, инверсионные сейсмические границы, характеризующие наличие газонасыщенных слоев, вертикальные следы газо-флюидо-потоков.

 
Острова на берегу Вьетнамского моря, представленные останцами известняков древних рифовых построек

По просьбе вьетнамской стороны нами был подготовлен совместный протокол заседания по сотрудничеству в области поисков газогидратов. В нем были отмечены схожие и отличительные черты районов Охотского моря, где нами были открыты газогидраты, и районов Вьетнамского моря, где планируется открыть газогидраты. Как я уже отметил, их геолого-геофизическое строение очень схожее. Различие в том, что температура придонной воды в Охотском море равна +2.4 градуса Цельсия, а во Вьетнамском море +5 градусов. Важно отметить, что зона стабильности газогидратов в Охотском море при указанной температуре находится на глубине около 400 м. Во Вьетнамском море она будет находиться глубже. То есть, газогидраты там нужно искать, начиная с глубин 700-800 м. Нами предложены такие методы исследований как газогеохимия, гидроакустика, высокочастотная сейсмика, сонарная съемка, которые помогли нам открыть газогидраты в Охотском море, и которые еще не применялись во Вьетнаме.
Таким образом, был составлен протокол, в котором были прописаны перспективные районы открытия газогидратов и методика планируемых работ во Вьетнамском море. Как пояснили вьетнамские коллеги, этот протокол нужно представить в Министерство природных ресурсов и экологии для открытия финансирования по направлению исследований. В протоколе предложено выполнить совместную экспедицию на НИС «Академик М.А. Лаврентьев» во Вьетнамском море для проведения работ по комплексу океанологических и геолого-геофизических исследований в районе, перспективном для открытия газогидратов, с использованием методов исследований ТОИ. Вьетнамская сторона планирует изыскать средства для финансирования этой экспедиции в зимний период 2010-2011 годов.
Кроме обсуждения плана сотрудничества с Администрацией, мы посетили Институт морской геологии и геофизики Вьетнамской академии наук и технологий. С нами встречались директор института доктор Тьеп и два его заместителя. Обсуждали возможность сотрудничества Администрации и Академии наук Вьетнама с ТОИ. Было принято решение активизировать создание Международной комплексной российско-вьетнамской лаборатории. После нашего возвращения во Владивосток директор ТОИ ДВО РАН академик В.А. Акуличев поставил вопрос о лаборатории в повестку заседания Ученого совета. Ученый совет поддержал идею образования Международной лаборатории во Вьетнаме как научной и образовательной структуры, которая будет способствовать повышению эффективности фундаментальных и прикладных исследований, как во Вьетнаме, так и России. Обоюдная полезность связана с возможностью сравнивать комплексы параметров Охотского, Японского, Вьетнамского и других дальневосточных морей и находить закономерности формирования залежей углеводородов, газогидратов, полей потоков метана и других океанологических и геологических особенностей.
Следует заметить, что не только ТОИ ДВО РАН сотрудничает с учеными Вьетнама. Институты нашего Отделения, многих учреждений Российской академии наук активно обсуждают совместные научные и прикладные проекты в разных исследовательских направлениях. Это хорошо, поскольку позволяет организовать комплексные исследования с участием разных институтов. Но с другой стороны, требует очень ответственного отношения к выполнению планов многостороннего сотрудничества. Невыполнение взятых на себя обязательств даже одним участником может привести к трудностям в реализации общего проекта, финансовым потерям и дискредитации высокой научной репутации ученых России в глазах вьетнамской стороны.
После того, как программа визита была выполнена, осталось два свободных дня, которые мы использовали для отдыха. Вьетнамские коллеги свозили нас в курортное местечко на берегу Вьетнамского моря и показали прекрасные уголки природы с множеством известняковых островков, остатков древних рифовых построек. В ноябре там тепло, температура воздуха 25, а воды 22 градуса. В этом районе находятся прекрасные песчаные пляжи. Правда, купались только некоторые туристы, в том числе, конечно, и я. Температура воды и воздуха были такие же, как у нас в жаркое лето, но для них это уже не купальный сезон, а просто зима.

 
 Пляж в районе курорта на берегу Вьетнамского моря

Немного о Ханое. Вьетнамцы с большим уважением относятся к своей истории. Среди вьетнамских и иностранных туристов очень популярна просторная площадь Хо Ши Мина, с расположенными на ней музеем и мавзолеем вождя. Они всегда заполнены множеством посетителей. Вьетнамцы чтут его память и заслуги перед страной. В музее освободительной войны демонстрируются обломки сбитых американских самолетов, наша ракета, такая же, как и те, которыми были сбиты эти самолеты и другие военные экспонаты. Имеется зоопарк с обезьянами, тиграми и много других достопримечательностей. К сожалению, на дорогах Ханоя царит абсолютный хаос. Автомобилей не слишком много, дорога забита легкими мотороллерами, на которых ездят все: от мала до велика и даже с детьми. Трудность состоит не только в обилии обычных пробок, но и в том, что движение осуществляется без правил и почти без светофоров. Перейти улицу – это экстрим, движешься маленькими шажками, а тебя обтекает река транспортных средств. Вот такие особенности ханойского дорожного движения.
В заключение отмечу, что считаю полезным и перспективным сотрудничество с Вьетнамом. Во-первых, во Вьетнаме доброжелательный и теплый (в прямом и переносном смысле) климат сотрудничества. Во-вторых, вьетнамская сторона имеет достаточный научный, технический и финансовый потенциал, что позволяет сотрудничать на паритетной основе. В третьих, сотрудничество обоюдно полезно в связи с возможностью сравнивать и оценивать океанологические, геологические и другие характеристики различных дальневосточных морей, что способствует повышению эффективности исследований условий формирования морей, их донных осадков, прогноза и поиска рудных и углеводородных залежей.
Анатолий ОБЖИРОВ,
доктор геолого-минералогических наук, профессор